Баттонскилл 2: Штурм Белого Гнома

– Хочу сказать, что двадцать единиц опыта с такого сильного чудовища – это мало, – он недовольно поджал губы, потом глянул на мой обломанный черенок, – Опять сломалась?

Я, ничего не ответив, лишь вытянул из кошелька ножик и стал обстругивать обломанный черенок. Моя тяпка уменьшилась в длине ещё в два раза.

Да я и сам не понимал. Что за фигня творится? Об манекен обломалась, потом смертельный удар в лоб кикиморе, а потом… обломалась об такой же лоб.

Лихорадочно я пытался сообразить. Неужели это срабатывает, когда я боюсь или злюсь? Но я тут всё время злился, и так же страшно было.

Нет, тут другое…

А вдруг откат, как у взлома? То есть, я могу делать этот удар только в определённое время?

Я стиснул зубы, и с силой вогнал мотыгу в землю. Брызнули осколки расколотого щебня, тяпка воткнулась на всю длину штыка.

При этом я зарычал так, что даже тиммейты шарахнулись. Львица вытянула лицо – кто ещё тут рычит?

Ну нет, это совсем уж какая-то несправедливость. То есть, я бился всё это время над своей проблемой, чтобы в награду получить один удар в пятнадцать минут?!

В голове пронеслась картина, как громадный рыцарь в литых доспехах садится устало после убитого моба, кладёт на колени внушительную боевую тяпку, и говорит ожидающему рейду:

«Всё, ребят, перекур.

Я тряхнул головой. Да уж лучше быть бесполезным ремеслей, балластом, чем вот так.

А может, у Бобра какая-то аура всё-таки включилась? От зелья того же?

– Вот вы где, братва, – Боря был лёгок на помине, – Ого, вот это тут замес у вас.

Он вышел из тумана на заросшую мощёную площадку, и стал осматривать побоище. Чуть удивился, увидев львицу, а потом показал большой палец:

– Крутяк, белобрысая!

Львица Лана только презрительно фыркнула в ответ.

– Ты как? – сразу спросил я, оглядывая здоровяка и прислушиваясь к своим ощущениям.

Вдруг и вправду какая аура? Но нет, ничего не чую. Видимо, кончилось действие трусости, и той же ауры.

– Ништяк всё, – тот пожал плечами, – Очухался там, возле уродины такой же.

Он показал на труп кикиморы:

– Только черепушка вся в грязи, и треснутая.

Меня перемкнуло.

– Что ты сказал? – спросил я пересохшим горлом.

– Говорю, башку раскроили, как будто топором долбанули, – Бобр оценивающе рассматривал трупы кикимор. Следы зубов Ланы производили впечатление.

– А-а-а, пипец!!! – я чуть ли не заорал, – Да ты гений!

– Чего?! – Боря выпучил глаза.

Но я уже подхватился и унёсся к трупу убитой мной кикиморы.