Неподходящее занятие для женщины. Черная башня

Однако движение на улицах Кембриджа задержало ее, и прошло тридцать пять минут, прежде чем она подрулила к красивой церкви Иклтона со сложенными из булыжника вперемежку с песчаником стенами и горделивым шпилем и оставила машину у самых ворот. Было бы неплохо заглянуть внутрь, но она поборола соблазн. Вдруг миссис Годдард сейчас уйдет на автобусную остановку, чтобы ехать в Кембридж? И она отправилась на поиски Лавандового коттеджа.

На самом деле дом оказался не коттеджем, а делящим общую стену с соседним строением домиком из красного кирпича в конце Хай-стрит.

Дверь отделяла от дороги всего лишь узенькая полоска травы, лавандой же здесь не пахло вовсе. Стальной дверной молоток в виде львиной головы тяжело ухнул по содрогнувшейся двери. Однако ответом на удар был голос не из Лавандового коттеджа, а из соседнего дома. В его дверях возникла худая старуха без единого зуба во рту, в огромном переднике, усеянном розочками. На ногах красовались шлепанцы, голову венчал колпак, в глазах горел неутолимый интерес к малейшим проявлениям жизни.

– Вам, наверное, нужна миссис Годдард?

– Да. Вы знаете, где можно ее найти?

– Она наверняка там, на кладбище. Как всегда по утрам, если нет дождя.

– Я только что была рядом, у церкви. Там никого нет.

– Бог с вами, мисс! Какая церковь? У церкви нас уже который год не хоронят. Ее старик покоится там, где в свое время положат и ее, – на кладбище на Хинкстон-роуд.

Идите прямо, в него и уткнетесь.

– Придется вернуться к церкви за машиной, – сказала Корделия.

Она не сомневалась, что старуха будет смотреть ей в спину, насколько хватит зрения, поэтому ей пришлось объяснить о машине, иначе было бы непонятно, зачем она уходит в направлении, противоположном названному. Старуха осклабилась, кивнула и подошла к ограде, чтобы лучше понаблюдать за шествием Корделии назад по Хай-стрит. При этом она кивала головой, как кукла на веревочке, отчего отчаянно подпрыгивал венчавший ее седые волосы колпак.

Найти кладбище оказалось нетрудно. Корделия оставила машину на траве в том месте, где стоял дорожный знак, указывающий направление на Даксфорд, и устремилась к стальным воротам. Ее глазам предстали маленькая часовня с полукруглым восточным крылом и старая деревянная скамья, заросшая лишайником и покрытая птичьим пометом, откуда открывался вид на все захоронения сразу.