Скальд

На нём болталась грубо выделанная кираса, повторяющая контуры тела и шлем с одним рогом посередине и полуличиной!

Он плавным шагом двинулся в сторону уже потрепанного орка. Я же продолжил обход и два последних рыжешкурых, пытавшихся проткнуть меня ножами почили в бозе.

Орк с маху нанёс удар мечом, но вождь, а это был, скорее всего он, ловко отшатнулся крикнув!

 

– Зылоный прамыхнулсэ!

 

Я метнул копье ему в спину, видимого ущерба оно не принесло, отскочив со скрежетом от кирасы, но пока выродок разворачивался в мою сторону топор орка, сверкнув на солнце, снёс ему голову с плеч.

 

– Это был не лёгкий бой, а тяжёлая битва и как только я не был разорван на сотню маленьких орчат! – устало ухмыльнувшись, стукнул меня по плечу Быдыщ.

 

– Тише ты, железная лапа! Зачем им навалиться дал?

 

– Я называю это «дёргать смерть за усы»! – орк что-то достал из мешка в мутной бутылке, отхлебнул и удовлетворено крякнув, протянул мне.  

 

– Тьфу на тебя! Любитель джунглей! – эти вон тоже на досуге «Маугли» почитывали! Откуда что и взялось!

 

Глотнул мутного напитка.

Из глаз шибанули слезы, по телу прокатилась волна бодрости, и я почувствовал себя снова свежим и отдохнувшим.

 

– Что ты сунул?! – отдышавшись, обратился я к орку.

 

– «Пот мапароской антилопы»!

 

– Сдурел?! – извергая из себя напиток, просипел я.

 

– И зачем выпивку переводить? – укоризненно покачал головой орк и продолжил – самогон это.

«Пот мапароской антилопы» элитный алкоголь, мне на него не хватит, даже если всю амуницию продать.

 

– Фига се! Неисповедимы пути алинорские, вот уж не думал, что такое пить станут! Да и самогон? Здесь? Это же фентезийный мир! Какого хрена тут самогон делает?

 

– Ну и что, что фентезийный? А крестьяне, по-твоему, только вино и пиво пьют? И за ними в город ездят? Да тут от иного села до крупного поселения неделю пехом идти! Здесь, между прочим, квест целый есть на получение этого напитка и чтоб тебе его в сёлах продавали!

 

– Расскажешь?!

 

– А то! Бутылку только верни! – орк, заметил, что я собираюсь спрятать тару в сумку.

 

– Ну и бери не больно-то и хотелось – сожалеюще вздохнув, кинул её обратно.

 

– Знаешь, какой напиток наикрепчайший?

 

– Просвети же! – огрызнулся я, расстроенный тем, что не удалось прикарманить заветную фляжку.

 

– Нет ничего крепче маминого молока.