Скальд

Здесь же я сам себе был хозяином и строил новую жизнь, так как считал нужным. Не боялся подраться или умереть, так как смерть не была конечной, а из вещей нечего терять, кроме золота. Поэтому я, не задумываясь, атаковал и большие ватаги врагов и вступал в бой с заведомо сильным противником, чаще проигрывал, но иногда это приносило и свои плоды.

После драки с крестьянами я лицезрел новое системное сообщение:

 

Ваш титул «Безумец», преобразован в «Шальной». Шанс что стража примет вас за сумасшедшего и не станет задерживать увеличен на 10%.

 

Урон в рукопашной схватке повышен на 3%. Внимание данный титул преобразуем. Подробности смотрите в разделе «Титулы».

 

Это было крайне любопытно и я, отойдя в сторонку, открыл соответствующую вкладку. Вкупе с «Оборванцем» и «Дебоширом» суммарный урон в рукопашной выше на двадцать три процента, а если ещё поднять этот титул и закрыть второй уровень достижения и умения? И силу вкачать?

 

Титул «Шальной», производный из титула «Безумец». Ваши неоднократные неадекватные поступки и вспышки ярости привели к тому, что вас стали чаще узнавать.

Пелена безумия столь сильна, что вы с голыми руками бросаетесь на заведомо сильных противников.

 

Прелюбопытно, значит, если я продолжу в том же духе, то он еще повысится? Интересно, интересно.

Ну что ж хватит релаксировать и воспоминаниям предаваться, пора!

 

 – Ааа черт!!!

 

Я, как ошпаренный, отскочил в сторону, кучер, стегнувший меня кнутом, прикрикнул:

 

– Че вылупился? Рванина, ещё горячих отсыпать?

 

Я сжал кулаки так, что костяшки побелели, упёр взгляд в землю и промолчал, еле сдержав гнев.

Умирать и ввязываться в очередную авантюру, было не место и не время. До точки возрождения далеко. Нужно срочно прописаться в столице, если не хочу пару дней идти пешком по лесу. Да и прав он был, назвав меня так.

Мои волосы за время странствий отросли, как и борода. В настоящую пору они представляли два сальных клока волос, в которых застряли крошки от еды и хвоя.

Ночёвки в лесу, постоянные драки, сражения привели к тому, что от меня несло застарелым потом и перегаром, так как бодрость поднимал исключительно «Первачом». Из одежды уцелели одни штаны, да и они дышали на ладан.

         Копьё в одной из последних схваток, с разбойного вида проходимцами, решившими улучшить своё благосостояние за мой счёт, сломалось, и за пояс у меня был заткнут лишь обломок с лезвием.