Скальд

         Заняв место у барной стойки, по своему обыкновению заказал тёмного эля и хрустящих крылышек куропаток. Подавальщик приволок здоровенную деревянную кружку с пенной шапкой, которую выдул единым махом, попросив ещё одну, я наблюдал за тем, как в таверне стихийно вспыхивали драки и братания.

Слушая разговоры, понял, что Северяне верят в Бога воинов Ловага, который вроде как и все боги ушел из Алинора. Но обещал вернуться и показать врагам кузькину мать.

Осушив пятую кружку, потянуло на песни и я, неловко взгромоздившись на стол, и начав оттаптывать ритм по столу, затянул:

Наверх вы, воины, все по местам. 

Последний наш бой наступает!

Врагу не сдаётся наш гордый драккар,

Пощады никто не желает.

В предсмертных мучениях трепещут тела

Свист стрел, и дым и стенанья,

И судно охвачено морем огня 

Настала минута прощания.

Прощайте воины, с Ловагом ура

Кипящее море под нами 

Не думали мы ещё с вами вчера

Что нынче умрём под волнами! 

Не скажет, ни камень, ни крест где легли

Во славу мы нашего флага,

Лишь волны морские прославят в века

Геройскую гибель драккара!

Последние строчки  уже кричали все вместе. Доносились крики:

– Налейте ему! Скальд! Скальд! Давай ещё!

Я, осушив, пару кружек выдал им:

Из-за острова на стрежень,

На простор морской волны,

Выходили расписные,

Ярла Олафа челны.

Народ загудел, кто-то кричал, что не припомнит, когда это старина Олаф без него ходил за княжной, другие отстаивали, что, дескать, да было дело.

Братина с хмельной брагой разошлась по кругу. Изрядно захмелев и получив с десяток крепких похлопываний, оказался за одним столом с двумя хирдманами именами Рамси и Хругт, которые меня долго угощали, а затем вызвались проводить до гостиницы.

Решив, что выходить из игры посреди этого бедлама не стоит, счёл их предложение разумным и согласился. «Первач» закалил меня и теперь дебафф «Обездвиживания» как во второй день не накладывался, но в голове было штормово, а ноги ощущались ватными.

         На улице смеркалось, воины сказали, что проведут короткой дорогой и мы свернули в плохо освещённый проулок.