Хаос Возрожденный

А то пойдут толки, что он скучает на новой должности спустя столько времени. Мимо стрелой пролетел Эвтей. Песочная голова так спешил, что не заметил старого учителя. Наконец, Мийэн со старшим храмовником сели неподалеку от входа, где на них уже не обращали внимания. Все смотрели в центр Малого зала, где за кафедрой стоял Наместник Виленсбашига Лухаврин Базикувк. Он облачился в дорогие одежды, и даже с самого дальнего ряда было видно, как сверкают на его руках браслеты из красного золота – символы его должности.

Лухаврин с терпением, присущим истинному правителю, дождался, пока все, кому хватило места в Малом зале, опустились на сиденья. Наместник, наконец, откашлялся и заговорил:

- Прошу прощения, что это собрание получилось таким внезапным. Но король Заркондая, храни его Великий и вечный Порядок, просить оказать помощь в охране скульптуры Ритайлины Чисхарганы, которую сегодня утром доставили к нам по морю. Существует опасность, что продавшие душу Великому Саусесану могут уничтожить сей памятник павшему Хранителю прежде, чем его успеют переправить в пункт назначения.

Солдат из городских отделений мы выделим достаточно, но с тилбэчинами будет надежнее. Что скажете, мудрейшие?

- В этом весь наш Наместник,- зашептал Дугшащ, пока в зале оживленно начались обсуждения.- Каждый раз когда я думаю, что собрание вызвано чем-то действительно важным, на деле оказывается, что причины – очередной пустяк. Он бы еще советовался с нами по поводу переписки со своими любовницами.

Сдалась заркондайцам эта статуя! Не верю, чтобы при жизни Ритайлина желала такого поклонения, но кто меня будет слушать? Я всего лишь пьяница, иногда не сдерживающий свой острый язык.

Каменные изваяния н’шастов находились в Нагарских горах; так было издавна принято, что после смерти, Хранители Порядка увековечивались в скалах, где стоял первый храм Тибора в Энхоре уже тысячи лет. Но Заркондай, родина месэры Чисхарганы, возжелал отдать дань погибшему защитнику света, поставив на центральной площади их столицы бронзовое изваяние высотой пятьдесят шагов.

Аархин Маггорайхен не возражал, хотя Мийэн был уверен на тот момент, что последний н’шаст выскажется против нелепой задумки. Но, видимо, чувство вины за смерть Ритайлины все еще не оставляло его, и Аархин даже лично посещал Соророр, чтобы найти лучших мастеров.

Храмовники постановили выделить семь тилбэчинов на неделю, пока скульптура должна была храниться в Грелимарае.