Тайна Найтингейла

Подлокотники из светлого дерева загрязнились, а разноцветные виниловые сиденья растянулись и провисли, и теперь, в тепле от камина, от них исходил неприятный запах. Одно кресло – то, что с красным сиденьем, – было не занято. Его неизменно выбирала Пирс. Считая ниже своего достоинства сидеть в тесноте на диване, она обычно садилась здесь, немного поодаль от учениц, сгрудившихся вокруг телевизора, и смотрела на экран с нарочитым равнодушием, словно запросто могла отказаться от такого развлечения.

Время от времени она опускала глаза на лежавшую на коленях книгу, демонстрируя, как ей надоела вся эта увеселительная белиберда. Ее присутствие, подумала Дэйкерс, всех как-то тяготило. Атмосфера в студенческой гостиной всегда была более легкой и непринужденной без этой прямой и строгой фигуры. Но пустое кресло с продавленным сиденьем и того хуже. Хорошо бы набраться храбрости, думала Дэйкерс, подойти и переставить его в один ряд с другими креслами вокруг телевизора и с беззаботным видом усесться в его провисшую вмятину, изгнав раз и навсегда гнетущий призрак. Интересно, а что чувствуют другие девочки? Но ведь не спросишь! Неужели двойняшки Берт, усевшиеся рядом на широченном диване, и вправду с таким интересом смотрят старый гангстерский фильм? Обе вязали толстые свитера, которые неизменно носили зимой, быстро работая пальцами и не сводя глаз с экрана. Рядом с ними развалилась в кресле Фэллон, небрежно перекинув одну ногу через подлокотник. Она только сегодня вернулась в училище после болезни, все еще бледная и осунувшаяся. Неужели ее и вправду занимает этот прилизанный герой с чересчур широкими подложными плечами и в дурацкой шляпе с широкой лентой, герой, чей голос вперемежку с ружейными выстрелами гремит по всей комнате? Или ей тоже не по себе от этого пустого красного кресла, от продавленного сиденья, от округлых подлокотников, отполированных руками Пирс?

Дэйкерс передернулась.

Настенные часы показывали уже больше половины десятого. За окном поднимался ветер. Явно собиралась буря. В редкие промежутки, когда затихал телевизор, она слышала скрип и шелест деревьев и представляла, как последние листья мягко падают на траву и дорожку, отгораживая Дом Найтингейла от остального мира слякотным кольцом безмолвного увядания. Она заставила себя взяться за перо.