Война кланов. Ведарь

– Извините, – пробормотал я, – ни разу не лежал в больнице, палаты видел лишь по телевизору. Вот и захотелось самому убедиться – правду там показывают или выдумку сценаристов.

– Ни разу? Интересно, – задумчиво сказала врач. – Ну ладно, давай посмотрим, что там у тебя поломалось.

Далее пошло обследование: рентгенография, вопросы и ответы, постукивание и пальпация, свечение в глаза фонариком и другие прелести больничного обихода, с которыми в той или иной мере каждый знаком. К осмотру присоединились два пожилых врача.

В результате обрадовали, что сломаны два ребра, на четырех обнаружены трещины, повреждение грудного позвонка, и апофеозом – сотрясение мозга третьей степени. Синяки, ссадины и ушибы не принимались во внимание.

Потом гипс, закрепили шею, чтобы излишне не тряс головой. Очередная порция обезболивающего. В принципе можно и не колоть, так как боли почти не ощущал, но плотная врачиха настояла.

В ходе процедур я узнал, что на наше побоище слетелась толпа бродячих собак.

Почуяв запах крови, дворняги впали в бешенство, поскольку и у погибших и у тех, кто в реанимации, на теле обнаружены следы огромных зубов. Оставшийся невредимым парнишка (понял, что говорили о Евгении) успел залезть на дерево и слегка спятил от увиденного.Так решили, потому что молодой человек упорно твердил о каком-то большом черном звере, выпрыгнувшем из кустов и сотворившем кровавую резню. Как же много пропустил, валяясь без сознания! Хотя я и увидел что-то другое, непонятное.

Взамен грязной и порванной одежды выдали синий выцветший халат, пахнущий лекарствами, и свистнули санитара. Молодой, словоохотливый парнишка быстро установил, что я ничего не знаю, проследовал разочарованный вздох и рекой полились анекдоты.

Так мы и поднялись на четвертый этаж, санитар трепался, а я лежал на каталке и перебирал догадки о происшедшем, рассеянно улыбался, когда наступала пауза, возвещающая о конце анекдота.

– А ты что знаешь о случившемся? – поинтересовался я у парня в очередную паузу.

– Да об этом вся больница гудит, докторов из постели вытащили – пытаются оставшихся троих откачать. Не говори только, что ту кодлу с другом отхреначили. Этак лихо порвать – никакой силы не хватит. Ой, ладно! Вон тебя дожидаются. Не люблю я этих людей, почему-то, – парнишка кивнул на сидевшего следователя.

Рядом с Голубевым маячили два здоровенных милиционера.