Правление Штормов

Вот это жизнь, полная смысла и справедливости! Этому вас учат ваши премудрые шаманы? У тебя сейчас есть возможность действительно изменить что-то, на самом деле помочь своей стране и избавиться от того, кто её до этого довел. И если тебе это не нужно, можешь проваливать куда хочешь, я найду того, кто мне поможет. А если нужно, я жду за дверью.

Венс повернулся к девушке спиной, подхватил сумки и вышел наружу.

При свете город выглядел совсем иначе. Казалось даже, что сон перенес их куда-то в другое место.

Сделав несколько шагов и немного успокоившись, гвардеец заметил, что все вокруг освещается хитроумной системой зеркал, перенаправляющих и рассеивающих свет с поверхности. В крышах зданий, перилах мостов и даже иногда под ногами - повсюду были отражающие многоугольные пластины.

Сами дома в основном были сложены из каких-то ровных плит песчаного цвета, вышлифованных до такого состояния, что тоже слегка отражали окружающее пространство.

И, везде и всюду, ровными, стройными гравировками и вставками из металла, были рисунки и письмена.

На стене напротив дома, где они нашли приют на ночь – так целая поэма, спускавшаяся с высокого потолка почти до уровня колен. Некоторые символы показались Венсу смутно знакомыми, но напоминали скорее ирртский, чем любой из имперских диалектов. Узор вокруг, выложенный полосами необычного красного камня и выдолбленный желоб подсветки говорили о важности послания.

Гвардеец коснулся пальцами древних слов, будто пытаясь хоть так услышать послание далеких предков.

– Это баллада или скорее притча об одном герое, – девушка подошла со спины так неслышно, что казалось, возникла прямо из воздуха. – Призвана объяснить и научить своду правил, защищающих от пожаров.

– И всего-то?

– Это важно, тем более под землей. Но да, это не секрет настоя вечной молодости, если ты об этом.

Тон её был гораздо более мирным, но в лицо Венсу она старалась не смотреть.

Затем подняла голову, словно бы принюхиваясь, и указала в сторону.

– Нам туда. Ветер идет откуда-то оттуда.

Гвардеец еще некоторое время постоял, не сводя с нее пристального взгляда, затем кивнул.

В течение дня они поднимались, ярус за ярусом, неуклонно двигаясь на северо-запад. По мере их приближения к поверхности, воздух становился все более влажным, а строения все более вычурными. И более разрушенными. Стали попадаться насекомые и растения.