Правление Штормов

Который быстро закончился, тоннель залегал на глубине подвала, не проваливаясь под весом прохожих на улице только благодаря хорошо укрепленному потолку. Да и размерами был таким, что спустившийся первым имперец не мог толком ни выпрямиться, ни развести локти в стороны.

В конце тоннеля снова были ступени и тупик. В стене у едва угадываемой каменной "двери" был виден пыльный рычаг. И, кажется, где-то рядом имелась скрытая отдушина, потому что затаившиеся Венс с Наяррой слышали не только размеренные шаги, судя по всему, единственного человека за стеной, но и его сопение.

Такая же отдушина вела на улицу, пропуская с потоком свежего воздуха все ночные шорохи и звуки...

***

– Кто там среди ночи в дверь долбится, Грань тебя забери?!

– Кашим, это ты, Кашим? Это же я, твой друг! Пусти меня, я к Руни!

Рослый смуглый степняк, явный выходец кочевого племени, сощурился в темноту.

– Джред?

– Узнал! Узнал старого друга! А я так и думал, я верил, что не оставят меня одного в беде.

..

С этими завываниями Илбрук полез обнимать охранника, обдавая его запахом дешевой выпивки. Тот поначалу опешил, но быстро пришел в себя и с силой отпихнул торговца.

– А ну пошел отсюда, пьянь ужравшаяся! Тебе жить надоело, что к хозяину посреди ночи вломиться решил?

– А я по делу, и не просто так, а с подарком, – испуганно зачастил с трудом держащийся на ногах Илбрук, демонстрируя запечатанную бутылку неплохой наливки.

Охранник ухмыльнулся.

– А то. Знаю я, по какому делу. Хмурый уже присылал ребят узнать, когда должок вернешь, вот и решил тут перезанять?

Торговец всем своим видом изобразил печаль и смущение.

– Кашим, ты же знаешь, я честный человек, я все верну, мне просто время нужно! Я знаю, Руни может помочь, просто впусти меня, и мы обо всем договоримся, а я тебе вовек благодарен буду!

– Хозяин в ближайшие несколько дней никого не принимает. Так что вали отсюда. А еще вот так ночью ломиться будешь, я тебе.

.. – с этими словами степняк потянулся к оружию, и торговец со всей возможной скоростью развернулся и убежал, по-прежнему покачиваясь и оглашая воздух причитаниями.

Завернув за угол, он перевел дух и немного постоял, прислонившись к стене в ожидании, пока ноги и руки перестанут дрожать. Затем совершенно другой, трезвой и твердой походкой направился к реке.

– Дай им удачи, духи вод, – пробормотал он, проходя под въездной аркой.