Игра Теней (I)

Вот и хотят народ против Волков настроить, будто мало им боев с Иггдрасилем… Ордену инквизиции совсем не нужно королевство нечисти и язычников под боком, это же сразу усилит позиции Ворона.

Борьба за клановое влияние?

«Эту тему нужно поподробней расковырять, — подумал я. — Когда время появится…»

Мы шли примерно в том же направлении, что и ночью. Правда, болото на этот раз оставили в стороне.

— Вижу, приоделся ты, — хмыкнул вампир удовлетворенно.

— Ага, — кивнул я. — Куда идем-то?

— Качаться.

— А что, ближе мобов не было?

— Ближе Инквизиция есть, — отрезал вампир.

Деревья медленно расступились, обнажая поляну, настолько широкую, что ей почти подходит наименование «поле».

Я кожей ощутил неладное. Слишком уж пожухлая трава здесь, и это при том что в Утгарде лето. Потом заметил вросшие в землю серые камни в проплешинах мха. Громадные валуны уж как-то слишком упорядоченно разбросаны по поляне.

Я присмотрелся. На вид очень древние глыбы, испещренные временем, покрытые струпьями плесени, часто опутанные ползучими растениями.

— Ладно, — уронил Вражек, — не будем терять времени. В глубь Могильников заходить не будем, сам знаешь, там сильная магия, хоть она днем и не активна, но рисковать все же не стоит. А вот по окрестностям побегаешь. Знай, что бутылок у меня на восстановление хватит, даже магии чуток днем есть, но тратить ее не хочу. Постарайся сам. Понимаю, что это кач сложный, для более высоких уровней, но и у нас ситуация нестандартная.

При этом тон у него вышел не требующим возражений.

— Я один туда пойду? — осведомился я деловито.

— Я по ночам прокачиваюсь. Но за тобой приглядывать буду, — пообещал Вражек, швыряя мне суму со снадобьями. — Чтобы ты чего не прозевал. Ладно, шагай. Только помни: далеко не забредай.

— Угу.

Я развернулся, зашагал к поляне. Мне в спину донеслось:

— Я серьезно, Серый Лис! Далеко не ходи, беда будет!

— Да понял я…

Едва пересек границу поляны, выскочило сообщение, что вошел в локацию «Могильники».

Я шел неторопливо, вглядываясь в недвижные травы. Удивительно, как получилось прорисовать такую картинку, что она вызывает именно то чувство, что нужно по замыслу: неизбежность, уныние, тяжесть гробовой плиты, скорбь…

Задумавшись, я не сразу заметил шевеление в траве, метрах в десяти от меня.