Фокстрот. Том первый из книги 1 "Крымская станица". Серия de la Фентезятина.

Невдомёк им, что кровь-то у казакОв и каза́ков — общая, но у казако́в семьи многодетные, а значит, кровь больше делится, дробится, а у каза́ков семьи малые, детей немного, и чаще девочки, чем сыновья; потому каза́ки чаще внуков воспитывают, внуку своё умение передают. Вот и вопрос: у кого больше казачьей крови, у кого в крови больше древней Силы и Проклятия: у уже ведающего, тянущего Древнюю Силу разбуженным Нашим Проклятием родового, умение получившего от деда, или у много-много поколений казачившего рода казако́в без единого учителя-деда из каза́ков, не ведающих ни где та Сила, ни как её потянуть-взять, ни как толком потратить?-- Так что не от тех отделяться решает эта отдельная нация, не тем, не от тех и не так — это прямой путь к вурдалакам…Я качнулся к жене, нагнулся, почему-то шепнул ей на ухо, кивнув на барак, "посмотри изнутри!" — она поняла.

Поняла, глянула — и я по её увеличившимся глазам и сползшим на кончик носа очкам понял, что увидела. Она попыталась что-то сказать, но тут мы дошли до машины.

А возле машины… А возле машины вдруг звери разошлись метров на пять-семь, повернулись мордами наружу, к нам хвостами, как будто защищая нас от всего окружающего мира. И только тот самый яично-жёлтый козлёнок остался возле искорёженной им двери, испуганно мекая.

Меня ещё потряхивало, когда открылась калитка участка квартиры, соседней с поражённым влагой, из неё вышел позёвывающий мужичок лет пятидесяти; как раз подходящий возраст для инициации. Короткая, короче уставной, стрижка, чтоб скрыть намечающуюся лысину, неновые офицерские яловые сапоги, синие треники с лампасами-адидасами, милицейская зимняя куртка со споротыми погонами-шевронами; сонный взгляд как-то очень быстро прояснился, а потом нахмурился: вышедший увидел козлёнка, увидел вмятину на двери, увидел видеорегистратор с радар-детектором на лобовом стекле, и, видно, быстро просчитал-оценил всё произошедшее.

Такая скорость перехода из полусонного в сознательное состояние в комплекте с курткой и сапогами торжественно трубили "Опер! Не ППС-ник — пэпс, не омоновец, не СОБР-Беркут, не гай-дпсник и даже не участковый — опер или следак!".

Полез в карман плаща — у меня там всегда на всякий случай вязаная шапка-гребешок, обычно я в шляпе или в меховой шапке, но вдруг забуду. Достал и протянул Оперу:

-- На, служивый, надень, не по погоде, лысину простудишь!

-- Благодарствую — первая победа, он принял дар и благодарит в ответ, значит, уже не будет конфронтации, уже будем договариваться.