Сбежать любой ценой

Хотя ведет он себя чаще всего как полный засранец, – говорит Лин и корчит недовольную гримасу.

– Это правда. Он был твоим…клиентом? – спрашиваю и мне почему-то становится неловко.

– Нет, нет. Хотя я бы хотела, – говорит Лин и мечтательно улыбается. Тут же хмурится и вздыхает. – Но первым ко мне пришел Рик, так что… Вергилий решил, что из-за этого ему нельзя быть со мной.

– Это он сам тебе сказал? – удивляюсь я.

– Да. Это было неприятно.

– Учитывая твою работу, это странно, – задумчиво говорю я.

– Зато показывает человека, – снова вздыхает Лин. – На самом деле Рик сначала был клиентом, а потом мы стали встречаться. Но у нас ничего не вышло из-за его измен. Видеть его больше не могу!

– Я так и поняла, – вспомнив перепалку Лин и Рика в клубе, говорю я. Китаянка энергично кивает и поднимается.

– Все, можно уже идти. У стражей сейчас пересменок, и несколько минут будет свободно. Вам есть, где отсидеться?

– Найдем, – говорю я, хотя понятия не имею, что нам делать дальше.

Лин снимает с шеи платок и повязывает мне его на голову. Вытаскивает прядь волос и делает мне густую челку, закрывающую половину лица.

– Так получше будет, – довольно говорит она. – Идем, провожу до перекрестка.

Снова бегу, потому что тревога все сильнее сжимает мне сердце. Что, если Вергилия забрали стражи? Что, если он уже умер? Подойдя к зданию, осматриваюсь. Не хочу попасть в ловушку, но вроде все чисто. Или мне только кажется? Открываю дверь и вхожу в прихожую.

Прислушиваюсь. Тихо. На месте портье никого нет, и это вызывает у меня беспокойство. На цыпочках поднимаюсь по ступенькам и подхожу к двери нашего номера.

Вергилий лежит, разметавшись на кровати, скинув на пол плед. Самодельная повязка пропиталась кровью. Он либо спит, либо без сознания, либо… Беру его за руку, нащупываю пульс. Жив. Подавляю вздох облегчения. Достаю из корзинки сосуды и ставлю их все на небольшой столик. Вспоминаю все, что сказал мне Маллори о питании.

Главное – ничего не перепутать! Беру сосуд с темной энергией и, выпустив ее, усилием своей воли отправляю в солнечное сплетение Вергилия. По его телу пробегает судорога, а с губ срывается сдавленный крик. Проходит пара мгновений, и он перестает метаться. Дыхание становится ровнее, кожа уже не так пылает. Настройка, похожая на сломанную проволоку, продолжает меня пугать. Вспоминаю слова Маллори о том, что началась деактивация.