Повелитель разума

Я почувствовал радость узнавания, которую попытались скрыть, нацепив маску «Я знаю себе цену, парнишка».

— Ты живой, — сказала она, когда я подошёл.

— И ты.

— Мне, в отличие от тебя, смерть не грозила.

— Разве в Низинах можно быть в чём-то уверенным?

— Парню из верхушек не понять. Я тут своя, — задрала она нос, будто владела величайшей тайной мира.

— Ты права. Дела низушников нас не волнуют, — сказал я с шутливой интонацией.

Девчонка приподняла правый уголок губ, что в её исполнении означало дерзкую усмешку.

— Мне показалось или Шон тебя боится?

— Не понимаю, о чем ты.

— Действительно. Какие планы после школы? Встретишься со своими богатыми друзьями, будешь играть в приставку и пить смузи?

— Есть предложения получше?

— Могу устроить тебе экскурсию.

— По школе?

— Низинам. Расскажу, что здесь и почём. Не зря же ты так рвёшься в нашу школу. Если расскажешь, зачем ты здесь, могу помочь.

Соня отвела взгляд и сделала вид, что ей это не интересно. При этом она фонила любопытством и чуть ли не пылала желанием, чтобы я согласился.

Тот случай, когда не пришлось вмешиваться в мысли.

Но нужно ли оно мне? Сможет ли Соня рассказать что-то ценное? Возможно. Она действительно здесь своя и куда больше меня знает улицы.

— Можем и прогуляемся. После уроков.

— Можно сбежать. Или ты из этих? — окинула она меня оценивающим взглядом и стряхнула чёлку с глаз.

— Думал, что ты из них. Хорошо учишься, не прогуливаешь.

— Я такая. Но даже отличники должны иногда прогуливать, чтобы не выделяться.

Соня не врала.

Она и правда была отличницей.

— У меня здесь ещё кое-какие дела.

— Хочешь найти Шона?

— Да.

— Показать, где они тусуются?

— Не надо. А то ещё затаят на тебя обиду.

Девчонка фыркнула и снова отвернулась. Я помахал ей рукой и отправился в сторону парней. Где они могут скрываться, и так уже знал. Соня громко об этом думала.

***

— Что за? — Шон вытаращил глаза, открыл рот, и тлеющая сигарета упала на землю.

Вместе с дружками он спрятался за школой, в заброшенной постройке, куда школьники бегали курить.

Этим троица и занималась. Не они одни. Но остальные ученики к моему появлению почувствовали нестерпимое желание уйти.

Внутри воняло мочой, страхом и дешевыми сигаретами.

— Стоять, — скомандовал я, когда Адам хотел шагнуть ко мне и толкнуть.

Он остановился, посмотрел недоуменно, не понимая, почему послушался.

— На кого работал Иосиф?

— Чего? — возмутился Шон, пряча свой страх.

Их примитивные эмоции и мысли были как открытая книга.