Похоже, я попал. Том 1. Том 2

«Ну, если не меня, притворюсь дурачком и буду гугукать в трубку»

Я подошёл к трубке и аккуратно её поднял.

— Алёу?

— Слушай сюда, ушлёпище, - сказал хриплый мужской голос, - Твой голос я не знаю. Представился, быстро!

«Опять я сделал что-то не так», - я снова вытянул губы.

— А вы первые.

— Чё?! Ты тупорылый!

— Ну вы же звоните. По этикету положено.

— Если ты сейчас же не перестанешь нести это дерьмо, я ей башку нахер отрежу!

— М-М-М-М!

Вместе с его речью послышалось… женское мычание?

В этот же момент дверь едва не снесли.

В неё залетела вся компашка слева направо: отец, Громовы и златовласый.

— Что ты наделал?! – с яростью зашипел отец, изо всех сил пытаясь говорить тихо.

— Ну ладно, на, - протянул я трубку, - Не больно-то и хотелось.

— Не смей!

Я осмотрел лица людей. Бледные, вспотевшие… перепуганные. Все до единого. Они тяжело дышали, их грудь быстро вздымалась, а раскрытые от эмоций глаза не отрывали взгляда от меня и телефона.

— Продолжай говорить! Нельзя дать понять, что мы не способны контролировать ситуацию! Нельзя менять человека! Лютер – прослушка!

«А он шарит.

Во время переговоров нельзя менять людей. Только в редких случаях – иначе стресс для и так не самого адекватного похитителя»

В комнате поднялся небольшой ветер, и Крауц с невероятной скоростью убежал дальше по коридору, что-то говоря в рацию.

— Э, алё, дебил. Ты видеть её хочешь или нет? Быстро представился!

— Продолжай! – зашипел на меня отец и нацепил гарнитуру на ухо.

За ним повторили и остальные, кроме незнакомого мужика и его дочери.

«Ясно-понятно», - я всё понял.

— Извините. Меня зовут… Имануил Азаматович Громов.

Все на меня вылупились. Особенно Громовы. Особенно Антон – у него едва слюни от ярости не текли.

«Хе-хе. Ну сейчас поприкалываемся»

— Чё нахер? У Громовых один сын!

— Я приёмный. Вчера приняли. Простите.

— Ладно, срать! Итак, слушай условия.

— А для чего вы звоните? Вы кто вообще?

— Ты тупорылый?! Или тебя ещё в известность не поставили?! – он злился, - София Элерс – у нас! Лежит в этой комнате! Нихера не жрала, нихера не спала, и нихера не лечилась после всех побоев!

Теодор сжал кулак до побеления.

Вот как ты значит за детей переживаешь, ушлёпок? Ого, впервые вижу.

Ну ничё-ничё, понервирую тебя. Но без перегиба, естественно. Это похищение. Причём похищение наследницы главного рода России. Причём, как-никак, моей сестры.

Сделаю всё что в моих силах, но… с изюминкой.

— А, ок, - ответил я.

— Итак, слушай сюда. У вас три часа.