В интересах государства-1

Многое - как тогда, только я старался быть поближе к Оле, чтобы ее поддержать. Да и отца обнять лишний раз - Петька был его надеждой, и я понимал, что во мне он не видел того, сына, которого хотел сделать следующим патриархом рода. Даже после ритуала призыва. Даже после пробуждения родового источника. Я не был Петькой и никогда не смог бы им стать.

Потому что отныне я должен был быть лучше. Во всем. Только так мы выкарабкаемся.

Куропаткин прочитал краткую речь. Рассказал о подвиге, любви к родине, зачем-то упомянул про орден - как будто это теперь могло нас утешить.

Почетный караул дал несколько залпов. Гроб, обернутый во флаг с двуглавым черно-красным орлом опустили в землю, и рабочие взялись за лопаты.

Оля не выдержала и разревелась у меня на груди, и я долго гладил ее по спине, давая возможность прорыдаться. Я встретился взглядами с отцом, и он коротко мне кивнул. Матильда положила букет лилий к венкам и лампадкам.

— Все почти закончилось, — шепнул я сестре. — Ты молодец. Хорошо держалась.

— Да какая разница… — всхлипнула она.

— Согласен. Но лицо надо держать. Потому что мы - Соколовы. И мы выдержим все.

Оля достала из кармана платок и вытерла слезы.

— Не могу… Не могу поверить. Никак не получается.

— Нам еще долго жить с этой потерей, мелкая. Но у тебя есть я.

Траурная процессия разбилась на мелкие группки и медленно потекла по аллее к выходу. Первыми уехали военные, остальных отец пригласил в усадьбу на поминки. Я взглянул на часы - еще час у меня оставался, но кусок не лез в горло.

Хотелось сбежать отсюда. Побыть одному. Почему-то от присутствия людей сейчас становилось особенно тошно. Зато отец наконец-то заговорил с дядей - я видел, как они медленно прогуливались между рядов крестов.

— Интересно, кого еще сегодня хоронят? — Оля вытерла слезы и уставилась на несколько подъехавших автомобилей. Две легковушки и один черный фургон. — Когда мы договаривались с батюшкой, то просили, чтобы в первой половине дня никого, кроме нас, не было…

Я ускорил шаг, чтобы догнать отца.

Сила вскипятила кровь тревогой, по позвоночнику пробежали искры холодка. Что-то не то. Что-то не так. Снова. Слишком знакомое ощущение.

— Пап! — крикнул я, игнорируя приличия, и перешел на бег.

— Что, Михаил?

Я указал на припаркованные у ограды автомобили.

— Мы еще кого-то ждем?

— Нет. Здесь и так больше, чем мы приглашали…

Все произошло слишком быстро - только подогретые Благодатью рефлексы позволили мне успеть.