Эхо мёртвого леса. Часть вторая. ДС-10

Он открыл рот, собираясь сказать что-то ещё, но явно спохватился и отвернулся.

Трисмегист промолчал, в полутьме усмехаясь мальчишечьей упёртости (ему нравилось это словечко Селены), и, снова присев, принялся выкладывать из котомки свежий хлеб, кувшин с козьим молоком и масло, завёрнутое в бумагу, а затем сунутое в глубокую керамическую чашку «от Кама». Маленький друид искоса следил за его действиями. Как и ожидал старый эльф, именно Ивар не выдержал первым.

- Почему Коннору нельзя выходить? Он всё ещё… там?

- Нет, из библиотеки прошлого он вышел через три месяца после твоего побега.

- Я не убегал!

- После твоего ухода, - бесстрастно поправился Трисмегист. – Но сразу Коннор попал в другую ловушку: твой брат теперь существует в двух личностях.

- Это… как? – помедлив, спросил Ивар.

- Давай для начала приготовим ужин, - предложил старый эльф, - а потом я расскажу всё, что происходит с Коннором сейчас. И почему тебе пора возвращаться в Тёплую Нору.

Он заметил, как упрямо дёрнул Ивар подбородком на его последнюю фразу.

Но эльф ничего не сказал, а оттеснил мальчишку от его добычи и принялся быстро готовить мясо к запеканию в углях, исподтишка поглядывая, как маленький друид нетерпеливо развязал чистые тряпки, в которых прятался хлеб, и вытащил пробку из горлышка кувшина. Трисмегист улыбнулся, пряча улыбку: мальчишка не стал пить молоко из горлышка, а, нагнувшись, взял откуда-то от корней свою чашку – её когда-то тоже тайком от него принёс сюда старый эльф.

И ел Ивар очень аккуратно, усевшись перед небольшим костерком напротив Трисмегиста, расположившегося даже здесь с комфортом: последней вещью тот вынул из котомки тонкое одеяло, больше похожее на плед.

Пока мясо запекалось, Ивар съел половину хлебного кругляша, торопливо и с наслаждением отщипывая от него понемногу и запивая молоком. Трисмегист поглядывал на него, но в основном задумчиво смотрел на мотающееся в земляной ямине пламя, которому подбросили пищи.

Он же вынул мясо и передал кусочки мальчишке, велев сразу положить на ломоть хлеба.

- А ты?

- Я тоже попробую, - согласился старый эльф, походным ножом отрезая себе кусок хлеба и насмешливо над собой отмечая про себя, что и братишка Коннора легко и непринуждённо обращается к нему на «ты», как когда-то делал Коннор.

- Ну, рассказывай, - скомандовал Ивар, уже расслабленно и сыто прихлёбывая молоко из чашки. – Про этих – двух личностей Коннора.