Хроники мага-попаданца: другой мир.

Мужчина внимательно рассматривал бумаги, лежащие на столе, и время от времени поглядывал на карту, висевшую на стене, справа от него. Одет он был в прочную, шелковую, белого цвета рубаху, расшитую красно-золотыми нитями. В Королевстве Эстин и Жемчужном ханстве такую носили представители знати. Внешне эта рубашка ничем не отличалась от обычной, но в ней было удобно заниматься спортом, сражаться, и в боях она могла выдержать небольшое касание меча противника, тогда как другие рубашки от этого рвались. Это было изобретение магов Жемчужного ханства.

Поверх рубахи на мужчине был черный камзол. Опоясывал мужчину бархатный пояс, с шестью необычайно красивыми жемчужинами, видимо, работа Жемчужного ханства – только там, на берегах моря Ветра, можно найти подобные жемчужины. На поясе висел меч в изящных ножнах и увесистый кошель, заполненный золотыми и серебряными монетами. Все это свидетельствовало о том, что мужчина довольно знатный и богатый человек. Закончив рассматривать свои бумаги, он позвонил в колокольчик. Дверь, напротив стола отворилась, и в комнату заглянул слуга:

-Что будет угодно моему господину? – с видом покорности и желания выполнить волю мужчины спросил он.

-Позови эйрла Ливоза Оутхазера. Я желаю знать о состоянии здоровья моих сыновей - ответил мужчина слуге.

После ухода слуги, мужчина аккуратно сложил все бумаги в выдвижной ящик стола, и принялся ждать прихода слуги с эйрлом Ливозом. Наконец дверь отворилась, и вместе со слугой в комнату вошел и эйрл Ливоз. Это был человек среднего роста, с небольшой черной бородой и черными волосами.

На вид ему можно было бы дать лет пятьдесят-пятьдесят пять. Войдя в комнату, Ливоз спросил:

-Вы хотели меня видеть, мейдон Вердоувс Эстери?

-Да, эйрл Ливоз. Как здоровье моих детей? Они будут жить?

-Мейдон Роудс очнулся за несколько минут, до того, как вы послали за мной слугу. Ту глубокую рану на руке я почти полностью залечил, осталась только небольшая царапина. Раны на животе и спине, за исключением трех небольших, вылечены.

Порез на лице исцелил полностью. За рану на ноге пока-что не брался. Когда за мной прибыл слуга, я выводил из тела мейдона Роудса последние остатки гномьего яда.

Услышав это, Вердоувс посветлел и спросил:

-А как Эрик?

-С мейдоном Эриком все намного сложнее. Гномы нанесли ему длинную рубящую рану в грудную клетку и раздробили ее. Острие секиры прошло очень близко к сердцу. Если бы оно на пару миллиметров дальше, мейдон Эрик был бы мертв.