Проклятье Милли

Человеческое лицо, оскалило зубы и глядело на жертву. Матвей бросился назад, а Хлая жалобно заскулила, зовя маму. Ученик алхимика и сам был награни того, чтобы звать маму и рыдать от безумного страха, от своей глупости, которая занесла его в логово ведьмы.

Вернувшись в зал, бросился к другому туннелю. С противоположной стороны уже появлялись пауки, расползаясь по сторонам, клокоча и пялясь на людей. У прохода его встретила Милли, а за её спиной стояла ведьма. Матвей отступил на шаг назад, взирая в безликое лицо старухи.

— Прости меня, — тихонько прошептал он, обращаясь к Хлаи.

Она в ответ лишь всхлипнула. Матвей поймал себя на мысли, что думает о том, как уберечь ребёнка от рук старухи. Дабы не позволить захватить её душу, уберечь от вечного проклятья, которое постигло Милли. Девушка с такой жалостью взирала на парня. Её лицо переполняла скорбь, боль и вечная му́ка. Матвей улыбнулся ей, давая понять, что зла не держит. Потом провёл ладонью по голове ребёнка, собираясь с силами. Перед тем, как старуха заполучит его, он обязан спасти хотя бы одну душу.

Он должен сделать это – убить Хлаю...

Глава шестая

В городке Магеспл царил полный кавардак. Люди, напуганные случившимся с учеником алхимика, запирались в домах, закрывая ставни и двери на засовы. Читали заговоры от тёмных сил, окуривали травами помещения, осеняли святыми символами входные двери. Староста отправил гонца в столицу и в ближайший форт, просить помощи у короля и дружины. Некоторые тут же высказались, что уж король и войско точно не будут обращать внимания на предрассудки и россказни крестьян.

И в лучшем случае пришлют шута, а в худшем и наказать могут. Другие считали, что следует обратиться за помощью к ведунам из Круга Столпов. Дескать, они ведают богов, зашиты у них попросят, обряды проведут, да зло сгинет. Один из лесорубов, недавно перебравшийся в городок, родом с запада, заявил, что в таком деле лишь святая инквизиция поможет.

— Священнички твои только и умеют что жечь, жечь и ещё раз жечь! — подметила одна из местных старушек шепелявым голосом.

Лесоруб не стал говорить, что некоторых здесь действительно не мешало бы отправить на костёр, всё же народ здесь привержен был иным понятиям.

Лишь один человек занимался делом – Дарио, гость алхимика. Его знали многие в городе и знали кем он был — чародей, мастер тайных искусств. Похватав из двуколки необходимые вещи, распряг лошадь и оседлав, отправился искать ученика друга. Дарио ощущал присутствие зла, его дух до сих пор висел в воздухе.