Теория Ветра: Том I

— Так что вы хотели мне показать? Это существо называют серым забойщиком, не так ли?

— Верно, — кивнул Ник, — ваш вид очень хорошо осведомлен о названии и силе существ нашего мира.

— Но ведь и вы безошибочно определяете нас, чужих.

— Нет, — покачал головой мужчина, — вас легко определить по вашему поведению, манере речи и одежде. Но только лишь потому что вы сами особо этого не скрываете. С помощью магии некоторые могут разглядеть вашу суть даже если вы попробуете мимикрировать под нас, но подобным навыком обладают далеко не все.

— Вот как, — почесал я переносицу, — ну так что с этим жуком?

— У него очень прочный панцирь, слишком прочный для его уровня, и поразительная сила мышц. Я только приступаю к исследованию его мускулатуры, но уверен, что она устроена особым образом, который можно будет перенести на мои устройства. Но это не самое интересное. Самое удивительное — мужчина надавил пальцем на брюхо твари, и из крючковатого протока вытекло немного светящейся зеленой жидкости, — их слюна и паутина.

Они покрывают слюной свои коконы, благодаря чему те становятся удивительно прочными и эластичными. Ни слюна, ни паутина раздельно такими свойствами не обладают, есть что-то еще, связывающее их, третий компонент. Коконы бывают оплодотворенные и нет, если по какой-то причине самец отказался от самки. Полагаю, нужная мне субстанция синтезируется в организмах самцов, а перед нами, увы, самка. Чтобы найти этот компонент, мне нужны трупы самцов и срезы оплодотворенных коконов.

— Я мог бы достать их для вас, — сказал я и тут же задался тем же вопросом, который озвучил Ник.

— Каким образом?

— Ну, вернусь к крысолюдам, наберусь сил…

— Герой не может стать сильнее, чем самое сильное существо, которое он убил. Это мне тоже известно. Даже если ты каким-то чудом доберешься до полудня следующего дня до двадцатого, против забойщиков у тебя по-прежнему не будет и шанса.

Я закусил губу.

— Впрочем, кое-что можно попробовать, — Ник принес стул, — я внимательно следил за тем, как ты сражаешься.

Среди героев иногда попадаются экземпляры вроде тебя, пользующиеся своим бессмертием в бою. Но вы ведь, насколько мне известно, чувствуете боль. Так ведь?

Я кивнул.

— Почему же тогда ты столь безрассудно бросаешься под удары?

Я горько усмехнулся.

— Пока что это мое единственное преимущество в бою.

Световой круг на маске исследователя монотонно мерцал, словно мужчина о чем-то напряженно думал.