Княжий сын. Отцовский трон

Пока я думал о делах насущных, мы успели вернуться к высокому трехэтажному дому, который теперь мне показался гораздо больше, чем, когда я смотрел на него из-за забора. Стены были бревенчатые, между бревнами можно было увидеть толстый слой пакли, да и похоже, что пропитывали чем-то дерево, чтобы жучок да плесень не заводились. Да, на века строили, это уж точно.

Мне даже на мгновение пришла в голову мысль, что если не получится у меня ничего с отцовским престолом, то привезу сюда Машку и поселимся тут. Неужели она не откажется Васильевское село на большой город поменять?

Впрочем, здравый смысл тут же подсказал мне, что и Машка, скорее всего, уже замужем, два года ведь прошло, и что, если не получится мне отцовский престол завоевать, то не жить мне тут, в Киеве, а прятаться до конца жизни по дальним княжествам и ждать убийц, которых наместники пришлют.

А, что ещё вероятнее, лежать хладным трупом на поживу червям где-нибудь под землёй. Я ведь теперь скорее умру, чем отступлюсь, после всего, что нам пережить пришлось.

Но дом мне все равно очень понравился. Иметь такое подворье, да ещё и в самом большом из торговых городов, пусть и на окраине, а не в центре, все равно очень полезно.

- Открывай дверь, Еремей, - попросил я. - Интересно же, что там внутри.

Еремей принялся перебирать связку ключей, нашёл среди них нужный и отпер входную дверь. Она мне, кстати говоря, тоже понравилась, дубовая, усиленная металлом и открывается наружу. Ну да, тут ведь нет таких снегопадов, да и всегда есть кому снег расчистить, вот и построили так.

Но такую дверь не всяким тараном вынесешь. Ещё бы забор перестроить, да колодец свой прорыть, и тогда можно будет оборону на подворье держать. Другое дело, от кого я тут обороняться собрался…

- Вот, первый этаж, Олег Кириллович, - проговорил Еремей, открывая дверь, и мы все вместе вошли на первый этаж дома. - Он это, нежилой. Кухня тут, печь, чтобы, значит, весь дом обогревать. Печь хитрая, её мастера какие-то ладили специально для Никиты Васильевича, когда её топишь, воздух тёплый, значит, по продухам специальным через весь дом проходит.

И тепло везде становится.

- Ну, печь топить нам ещё нескоро придётся, - проговорил я. - Лето же, в конце концов, до осени тепло будет, а там посмотрим, станем ли мы тут зимовать. Может, и не придётся.

- Протапливать все равно нужно будет, - тут же заметил Еремей. - Нельзя дом всю зиму холодным держать, плохо это.

- Ну, запас дров оставим, будешь печь топить, - пожал я плечами.