Сказки Монашки 16. Странный и необъятный макромир

Но тогда не было бы зрелищности. Ведь до этого никогда победитель не занимался лечением побеждённого.— Итак, возвращаемся, к началу. Ты хотел себе мою любимую женщину.— Барин, вы сильнее, значит она ваша, — перебил вип Лича.— Э, нет. Я её люблю. Но согласно моих законов, насильно удерживать её возле себя не могу. Если она захочет, то может беспрепятственно уйти к любому из вас. Лиса, что решишь? — вреди випов послышались возгласы удивления.— Я так понимаю, что для вас основной критерий — сила, а на чувства вы не обращаете внимания.

Как говорил мой отец: с волками жить — по волчьи выть. Я буду для того любимой женщиной, кто сможет меня победить в драке. Кроме этого выскочки, ещё кто-то меня хочет? Прошу выйти и не прятаться за спинами других.От общей группы отделилось около двух десятков випов.— И это все смельчаки? Остальные боятся? Или я такая страшная? — издевательски произнесла, — тогда защищайтесь.Никто и шевельнуться не успел, как я молнией пронеслась перед ними, и все повалились. В следующее мгновение раздался душераздирающий крик из орущих глоток. У каждого был перелом конечности в одном и том же месте.— Ну что, детки? Желание не пропало?Все молчали, как воды в рот набрали, кроме вопящих и катающихся от боли випов.— Лиса, не нужно поступать так жестоко. Все замерли! — рявкнул Лич.Застыли не только раненные, а абсолютно все випы. Тогда он не спеша обошёл раненых, сложил каждому поломанные кости, заживил и убрал боль.— Вставайте! Вы же ко мне не валяться пришли! Надеюсь урок усвоили полностью. Отныне союз мужчины и женщины, лишь по обоюдному согласию! Именно такой мой закон. Все уяснили?!— Да, барин, поняли, поняли, — вразнобой отвечали они.— Если ко мне больше вопросов нет, то я вас больше не задерживаю. Вперёд! По домам!Випы быстро разошлись, на ходу обсуждая непривычный закон нового барина. И лишь после этого мы с Личем, взглянув друг на друга, от всей души рассмеялись.— Возвращаемся? — я лишь кивнула. Громом устроили чехарду передвижения: время, пространство, время. Но только вернулись к команде, сразу услышали приказ на общий сбор. Как всегда, у отца на Одиссее. Когда мы вдвоём появились, все уже были на борту.— Анжелика, тебе задницу надрать?! Какого хрена ты попёрлась на чужой корабль? Ты когда-то возмущалась, что тебя укоряют детским возрастом. Но сейчас тебе больше двадцати тысяч лет, а поступаешь, как ребёнок! Узнав о гибели четырёх кораблей, нагрянет целый флот и разнесёт на атомы планету, а вместе с ней и наши миры, — возмущался отец.