Я - чудовище

 

  Данте кружил по залу, словно заведённый. Его цепкий взгляд  скользил по гостям. Главное - это руки. Профессионального головореза  всегда выдают руки. А ещё глаза. Дальше... Дальше... Дальше... Стоп!  Снеговик обратил внимание на стоящего в сторонке мужчину. Он сразу же  понял, что смотрит на убийцу. Наёмник держал правую руку чуть на отлёте.  Данте много раз встречал подобные повадки. В трущобах. Так держались  те, кто прячет в рукаве нож и готов в любую минуту вытряхнуть его в  ладонь.

Снеговик пригляделся к костюму мужчины. Пиджак был явно сшит на  заказ. Один рукав чуточку шире другого. Не намного, на два пальца. 

  Тем временем наёмник двинулся в сторону, где стоял император.  У Данте было в запасе всего несколько мгновений. Он быстро осмотрелся  по сторонам и схватил со стола бутылку вина. Снеговик в три прыжка  настиг наёмника. Хрясь! Во все стороны полетели осколки стекла и брызги  дорогого вина.

Несостоявшийся цареубийца пропахал носом пол. В мгновение  ока Данте окружили несколько горцев. Остальные гвардейцы плотно  обступили императора. 

  - Замри! - приказал старшина горцев, выросший позади Снеговика.

  Данте почувствовал, как ему в спину уткнулся ствол  револьвера. Он уронил на ковёр отбитое горлышко от бутылки, которое  осталось у него в руке.

  - Загляните в рукав к этому негодяю, - посоветовал Снеговик - Я заметил, как он сунул туда серебряную ложку.

  Один из гвардейцев отогнул рукав пиджака наёмника. Увидев смертоносный механизм, он удивлённо присвистнул.

  - Ну что, стрелять-то будете? - поинтересовался Данте у старшины - Или обойдёмся без салютов в мою честь?

  - Я вас запомню, - заверил тот, убирая оружие в кобуру.

  - Меня невозможно забыть, - согласился Снеговик - Это вам подтвердит каждый.

  

  Данте сидел на скамейке в парке дворца. Закрыв глаза, он  наслаждался тёплыми лучами весеннего солнца.

Зашуршали шаги и на скамью  рядом со Снеговиком кто-то присел. Данте повернул голову и прикрыл глаза  ладонью от слепящего солнца. Принцесса Флора была настоящей красавицей.  Глупо было это отрицать. Но высокомерно-снисходительное выражение лица  портило всё впечатление. Чуть в сторонке замерли несколько благородных  дам, сопровождавших свою хозяйку и пара гвардейцев.