В интересах государства-3. Аудиториум, часть 2

После одного трагического случая, когда абитуриент оказался неустойчив и неуравновешен, он принял смоделированный сценарий за реальность и… Словом, наделал много глупостей, и последствия оказались печальными.

Я осторожно взял рекомендацию и еще раз пробежался глазами по тексту. Плотная бежевая бумага, орнаменты и гербы, подпись Павла Антиоховича. В тексте не было ничего интересного, но я сделал вид, что погрузился в чтение, по иной причине.

Голос этого советника ректора откуда-то был мне знаком. Я точно где-то его слышал, но в упор не мог припомнить, где именно.

При этом я точно был уверен, что раньше мы не встречались и нас друг другу не представляли.

Или это были последствия испытания?

— Итак, Михаил Николаевич, если у вас остались вопросы относительно зачисления, я готов вам на них ответить. И должен отметить, что ваша персона вызвала живой интерес у сотрудников Аудиториума. Припомните мои слова - каждая кафедра будет зазывать вас к себе.

— Быть может, у вас есть рекомендация и на этот счет? — поднял глаза я.

Павел Антиохович задумчиво побарабанил пальцами по сукну.

— Очевидное решение - боевая специализация. Вы хорошо проявили себя на этом поприще. Также стоит рассмотреть и родовую магию. С вашими-то задатками сам бог велел углубиться в изучение этого аспекта. Впрочем, из вас может выйти и толковый менталист - не менее умелый, чем Юлия Ивановна, которая проводила ваше Третье испытание. Как бы то ни было, у вас будет возможность ознакомиться с каждой из специализаций на первых двух курсах и сделать взвешенный выбор.

Скажу честно, Михаил Николаевич, у вас большой потенциал, и я буду с интересом наблюдать за вашим развитием.

— Благодарю за советы и высокую оценку, — кивнул я и уставился на собеседника. — Вопрос покажется странным, но мы с вами раньше точно не встречались?

Павел Антиохович позволил себе насмешливую улыбку.

— Как знать, ваше сиятельство, как знать.

Он поднялся из-за стола, давая мне понять, что встреча была окончена. Вставая, он задел стопку бумаг, и та разлетелась на пол.

Я тут же бросился помогать советнику убирать беспорядок.

— Благодарю, ваше сиятельство, — сказал он, принимая очередной лист из моих рук. — Сегодня я непростительно неловок.

Подавая ему следующий лист, я обратил внимание на то, что одна из пуговиц его мундира - нижняя, что вечно за все цепляется - была пришита нитками другого цвета. Причем пришита кривовато, словно его горничная работала впопыхах и в полумраке перепутала цвета.