Маг с яростью дракона

Зейла стояла в ступоре, не понимая, что происходит. Погожий тёплый день. Солнышко светит, красота. Что так напугало мага?

Маргелиус оглянулся и увидел, что Зейла так и стоит с отвисшей челюстью. Грязно выругался, схватил девушку и усадил на ветку дерева. Затем вложил в её руки широкий нож и лютым взглядом уставился на неё.

— Лезь давай, мигом, или я тебя сам съем!

Эти слова возымели волшебный эффект. Зейла в мгновение ока взлетела на вершину дерева, умудрившись даже не потерять нож. Она поглядела вниз и тут увидела их.

Враны, медленно передвигаясь и по-королевски потягиваясь, ступили на поляну. Маргелиус достал нож из сапога. Трое. Враны обычно не ходят стаями, но в этот раз ему конкретно повезло. Северные коварные хищники с мощными зубами. Они кружили по поляне. Звери не торопились. Они знали, что жертва от них никуда не денется, и наслаждались мигом охоты. Они уже полдня шли за человеком и теперь не хотели портить завершающий момент охоты.

Первый вран прыгнул. Маргелиус увернулся, поднырнул снизу и вонзил нож в сердце северного зверя.

Оставшиеся двое злобно зашипели и ринулись в атаку. Маг отпрыгнул, перекатился по земле и швырнул нож во второго хищника, тот прошёл по касательной. Маргелиус, не теряя времени, увернулся от когтей второго хищника. Прыгнул ему на спину и, вдохнув поглубже, впился зубами в шею врана, разрывая тому горло. По телу что-то больно резануло, он выругался. Третий впился ему зубами в бок. Маг взвыл от боли и ярости, сцепляясь с хищником насмерть. Когда вран решил растерзать его, Маргелиус вдохнул поглубже, превозмогая боль, и изрыгнул струю пламени в морду зверя. Тот взвыл, отскакивая. Маг подобрал нож и ринулся на врана. Времени у него мало: скоро от потери крови он упадёт без сознания. Он вложил всю свою ярость в сокрушительный удар.

Зейла сидела на дереве и на половине схватки уже закрыла глаза от страха. Она не могла глядеть на кровопролитную битву человека и хищников. Затем она перестала слышать звуки битвы и, дрожа от страха, открыла глаза.

Внизу было тихо. Она вгляделась в листву внизу. Звери были мертвы.

— Маргелиус! — впервые за несколько дней она позвала мага по имени.

Тишина.

Герцог открыл глаза, морщась от боли… живой, уже хорошо. Затем его мутный взгляд скользнул вниз, и он понял, что его руки крепко связаны. А это уже не очень хорошо. Он изучил узлы на запястьях, затем перевёл взгляд на ноги — тоже связаны. Задумчиво оглядел пространство вокруг себя.