Герой из тени 3

Дёрнул на себя, тут же заключая нас в глухой чёрный купол, свод которого проходит прямо над взъерошенной макушкой Сида.

Фантом Райгара чуть подёргивается — весь мой запас силы сейчас направлен на купол тени, а фантому нужны мои силы, как ни крути.

Я не мог сейчас сосредоточиться на телепатическом общении. Оставалось только смотреть в красные огоньки глаз волка.

— Ты сказал, что такой же как они, что это значит?

Сид переводил недоумённый взгляд с фантома обратно на меня. Да уж, давно мы не общались подобным образом.

«Я не часть твой души, санкари, я и есть душа. Только я нашёл своё место в твоей тени, когда покинул Абсолют, а они — нет. Они потеряны, санкари, они злы. Они считают, что живые не заслуживают дара жизни».

— Ты душа, — выдохнул я. — Ты душа... Найта?

Меня чуть передёрнуло от подобного предположения.

«Нет, санкари, я не его душа. Я умер много сотен лет назад, я не помню своего настоящего имени, я не знаю, кем был. Но что-то позвало меня назад, в этот мир и я обрёл новую форму, став часть твоего Дара».

Я чувствовал, как за пределами теневого купола-завесы беснуются искажённые души и понятия не имел, как от них избавиться.

— Что делать? — я подошёл ближе к фантому и попытался заглянуть в его пытающие алым глаза. — Как убить их... Или как прогнать? Ты сказал, что есть что-то ещё? Что это?

— Душа призывателя, — негромко предположил Сид.

— Почему ты так думаешь? — я обернулся на него через плечо.

— Потому что он не был в абсолюте, но он уже не живой, — тот смотрел прямо мне в глаза.

— Как думаешь? — я снова повернулся к Райрагу.

«Возможно, второй санкари прав. Если пропустил через себя искажённые души, покинувшие Абсолют, то он остался между мирами — ни живой, ни мёртвый. Другой».

— Нам нужно найти призывателя, — я снова услышал голос Сида. — Если избавиться от него, то...

— А если нет? — я нахмурился. — Души нужно вернуть обратно.

— Как? — Сид сделал мне шаг навстречу. — Они уже искажены, они не хранят память своих жизней, это больше не те люди, которые когда-то жили.

— Так предлагаешь уничтожить? — я стиснул зубы.

Почему меня стало это волновать? Что изменилось? Теперь я стал чувствовать несколько иначе. Если на первых двух ступенях я просто знал, просто принял то, что «душа» — это больше не абстрактное понятие, а вполне себе существующий факт, хранящий саму сущность человека и его личность, то сейчас я это понимал и чувствовал.

А это уже совсем иной уровень восприятия.