Айрин, графиня из Бездны. Книга 1

— А ты попробуй.

Аури начала рисовать заново. Когда она закончила, землю покрывала хаотичная сеть пересекающихся росчерков. Дочь вопросительно посмотрела на отца. Он улыбнулся.

— А теперь давай я.

Он достал своё копье и уверенными движениями принялся выводить остриём линии на земле, временами бросая взгляд на лёгкое. Управился он за две минуты, и его росчерки, тоже пересекающиеся и неровные, образовывали странно правильный узор. Айрин посмотрела на свой рисунок— он был лишь бледной копией отцовского.

— Видишь? Я хочу, чтобы каждый раз, когда я буду приходить с охоты, ты рисовала такой рисунок. И помни, во времени я тебя не ограничиваю. Сейчас у тебя получилось плохо лишь потому, что ты рисовала сосуд за сосудом, по частям, короткими линиями. В следующий раз прежде, чем рисовать, попробуй отследить артерию полностью. Попробуй нарисовать её, не обращая внимания на другие. Хорошо?

Девочка кивнула. И отец, довольно улыбнувшись, поднял её на руки и понес в дом.

С этого дня два—три раза в неделю отец приносил какой–нибудь орган убитого животного и просил дочь нарисовать сосуды.

Та брала в руки палку и долго всматривалась в плоть, легонько выводя на земле линии. Постепенно линии становились всё четче, а узор— всё сложнее. Через два месяца отец объявил, что завтра устроит соревнование.

— Постарайся рисовать как можно лучше. Подробнее. Если сможешь так же, как у меня, тебя ждёт сюрприз.

На следующий день Айрин ждала отца с нетерпением. Тот ушёл на охоту ещё в сумерках и вернулся к обеду, с диковинным животным на плечах.

— Вот, нарисуй, — отец положил перед дочерью печень животного. Голос его при этом дрогнул. Аури вгляделась в орган. Что–то в нём было неправильное. Она моргнула, провела рукой по глазам и снова вгляделась. Дело было в цвете— он странно себя вёл.

— Что–то не так? — спросил отец.

— Нет, нет, всё нормально, — ответила девочка и начала отслеживать сосуд.

— Я же вижу, тебя что—то смутило. Что?

Айрин замешкалась и посмотрела на отца.

Тот внимательно смотрел на неё. Слишком внимательно.

— Цвет, — наконец произнесла Аури.

— Да? Что с ним?

— Тут другой цвет, — продолжала девочка, ободрённая поддержкой отца— Он будто… он будто сверху.

— И какой это цвет?

— Розовый.

Отец наклонился и посмотрел в глаза.

— Розовый, как у малины? Или розовый, как у мякоти айдахо?

— Как у малины.

Гленн счастливо рассмеялся, схватил дочь, поднял над головой и закружился.