Бельфеддор

Добраться до усадьбы Ксеттоса засветло Бельфеддор не успел, на город опустилась ночь, когда он подъехал к знакомым воротам.

Спешившись, Бельфеддор помог девушке спуститься на землю, потом взялся за медное кольцо и постучал в ворота. Ждать пришлось недолго: со скрипом отворилась калитка, бородатый человек осветил поздних гостей фонарем. Бельфеддор узнал его — то был Цеттес, дворовый слуга Ксеттоса.

— Кто вы? — спросил Цеттес.

— Путники, — ответил Бельфеддор. — У меня есть вести для госпожи Тинеи об ее дяде господине Ксеттосе.

— Я доложу госпоже, — сказал Цеттес и захлопнул калитку.

«Народ здесь не слишком гостеприимный, — с обычной злобой заметил демон. — Могли бы и внутрь пригласить.»

«Кто бы говорил, — ответил Бельфеддор. — Сам-то как гостей встречал на своих развалинах?»

Вскоре загремел засов, и двое рабов распахнули ворота.

— Проходите, — пригласил путников Цеттес. — Госпожа примет вас.

Бельфеддор завел гиппариона во двор. Девушка последовала за своим спасителем.

Бельфеддор снял оружие со спины Мрака и передал поводья рабам. Затем вместе с девушкой он проследовал за Цеттесом в господский дом.

— Ждите здесь, — сказал Цеттес, проводив гостей в просторный триклиний6. — Госпожа выйдет к вам.

# # 6 Триклиний — гостиная, холл

Бельфеддор огляделся. Это помещение было отлично ему знакомо, здесь Ксеттос принимал своих доверенных, казначеев и прочих своих служащих.

Из внутренних покоев появились две рабыни-служанки.

Они раздвинули тяжелые занавеси плотного полога, в холл вышла молодая красивая женщина в парчовой палле7. Ее жгучие черные волосы были собраны в аккуратную прическу и украшены нитями жемчуга. Мочки ушей женщины слегка оттягивали золотые серьги, а на шее красовалось жемчужное ожерелье. Ее изящные ножки, обутые в мягкие сандалии, ступали легко и неслышно. На холеных белых руках позвякивали золотые браслеты. Гордой осанке купеческой племянницы могла бы позавидовать любая благородная аристократка.

# # 7 Палла — верхняя женская одежда (древнеримск.)

«Это и есть Тинея?! — восхищенно спросил демон. — Теперь я понимаю, почему мы так стремились сюда. Одобряю твой выбор, дружище. Исинта просто несмышленая девчонка, а это настоящая баба. Охмуряй ее скорее!»

Бельфеддор с превеликим удовольствием ударился бы головой о стену, если бы был уверен, что сможет причинить этим боль похотливому злобному демону.