Сага об орке. Выбор сделан

Пришла, сняла рубашку и легла на спину, прямая как палка, глядя в потолок.

— Да погоди ты, — я лежал на боку, подперев голову поставленной на локоть рукой, — что мы, в конце-то концов, племенные овцы на случке?

— А кто?

Девушка все-таки повернулась, и на меня уставились два глубоких, темных глаза.

— Мы как ни крути свободные орки, и, кроме того, совсем недавно, между нами, что-то было... Ну так мне, по крайней мере казалось.

— Что было, Асгейр? О чем ты?

— Ну... чувства. Мне ты очень нравилась.

.. Да что там, ты и сейчас мне нравишься. Знаешь ... — я нежно провел тыльной стороной ладони ей по щеке, потом подушечками пальцев коснулся шеи, груди, дотронулся до соска, провел по животу, — Наверно я тебя даже любил.

Она прикрыла глаза.

— Мне даже казалось, что и я вызываю у тебя какие-то ответные чувства...

— Таким нищим оркам как мы с тобой, Асгейр, — она вздохнула, — любовь не по карману. Давай, делай что должен.

— Погоди, давай хоть поговорим.

Мы совсем не разговариваем в последнее время. Только трахаемся. Мы же не животные, Гретта!

Она тоже повернулась на бок, подложила кулачек под щеку

— И о чем ты хотел поговорить?

Я невольно засмотрелся на ее аппетитные формы, проступающие в неверном свете ночника из большой комнаты.

— Не знаю, — пожал плечом, — например, как проходят твои дни?

Грустная усмешка пробежала по губам девушки

— Асгейр, я же уже рассказывала тебе, день похож на день: помоги с готовкой, помоги с уборкой.

.. — вздох, — потом целый день я за веретеном, вечером ужин, мелкая работа в женском кругу за пересудами и спать. Это все, Асгейр. И у большинства так вся жизнь проходит.

— Ты много прядешь...

— Это все твой дядя. И наша хозяйка, которая не может ему отказать, потому что он ее отец.

— Не пойму, зачем Йоргену столько шерсти?

— Они ткут парус из той нити, что мы прядем. Знаешь сколько шерсти, а затем и пряжи уходит на парус?

— Фритьеф как-то рассказывал, но я, если честно не запомнил.

— На парус обычного длинного корабля, нужна шерсть с восьмидесяти овец

— Них... Да у Йоргена столько нету! Даже с отцовскими, которых было больше у него столько нет.

— Значит твой дядя копил шерсть... Только непонятно, почему сразу не пряли, пряжа лучше храниться.

— Ладно, — решил я перевести разговор на другую тему, — расскажи мне, а что ты будешь делать в Борге? Ну, когда уедешь отсюда.