Сага об орке. Выбор сделан

Вдруг как-то тоскливо засосало под ложечкой: какой же дурак был там, на земле, просиживал штаны перед монитором, а мог бы где-нибудь на Красном море рассматривать подводную живность и растительность, неторопливо шевеля ластами. И не смотрел бы красочные ролики, а сам снимал... Эх!

Разделся, размялся уделяя повышенное внимание растягиванию межреберных — они последнее время побаливали, видимо вдыхая все больший и больший объем воздуха я растягивал себе грудную клетку. Класс!

На берегу все же была зима, и я наконец-то скользнул в теплую воду.

И почему только местные не открыли этот фьорд? Одно слово — крестьяне водобоязненные!

Размявшись плаваньем по поверхности, перешел опять к ныркам. Попробую сейчас взять чуть правее, чем обычно. Немного, пять-десять градусов, посмотрим, что дно морское мне приготовило.

Приготовился, расслабился, продышался. Поскольку отдыхал я выставив над водой только голову, простым поджатием ног ушел под воду. Свет размылся и померк, уши как будто заткнуло ватой. Звуки под водой, конечно, были, вода их хорошо передает, но что это за звуки? Биение волн о скалы, пожалуй вот и все.

Пошел в глубину, стараясь одновременно максимально вытягиваться, чтоб стать все более обтекаемым, и при этом — максимально расслабляться.

Продуваясь, чтоб не повредить барабанные перепонки, встретил первую винтовую ракушку. Иди сюда, маленькая, дядя Гера потом наденет тебя на нитку, и будешь ты красивым ожерельем. А вот и еще одна. Как там с воздухом, всплывать не пора? Первый скачок диафрагмы уже был, но я помню, что на контракциях можно держаться почти столько же, сколько до них.

Терпеть только сложно, но главное — не напрягаться и не паниковать.

Сделал еще гребок вперед, решив, не попадется ракушка — всплываю. Впереди показалось что-то темное. Скала? Слишком маленькая. Большой камень? Из-за любопытства сделал еще гребок, подплывая почти вплотную. Легкие здорово жгло, и они уже начали вовсю самостоятельно сокращаться, пытаясь втянуть в себя хоть что-нибудь.

Пора! Напоследок я выставил руку, проведя по темному предмету, оттолкнулся ногами от дна...

Уже на поверхности, когда отдышался, проморгался от темных кругов, что плавали перед глазами и начал более-менее соображать, вдруг сообразил, что могло это быть: такое ребристое, хоть склизкое, но узнаваемое...

Борт деревянной лодки!

Глава 10

Я не стал возвращаться к берегу, чтоб восстановить дыхание и отдохнуть, почему-то боялся, что потеряю свою находку.