Сага об орке. Выбор сделан

Я хоть и привык уже, тем более и фляга у меня кожаная, но будет возможность — заменю обязательно!

Поразмялся: наклоны, скрутки, приседания. Как же затекло тело! Все-таки, сколько мы проехали?

— Далеко еще? — подошел я к Гунару, который раскидал ногами снег, постелил на землю снятое с поклажи одеяло и уселся к костру.

— Почитай еще столько же.

М-да... Понятней не стало. Стал устраиваться рядом с Коллем. Он так же сел у костра, воткнул в снег копье.

— Можно?

Кузнец молча протянул копье мне.

Интересно, Хельми для тренировок давал мне другое.

И от Фродиных отличается. У этого древко было слегка потолще и короче, но за счет наконечника общая длинна оставалась такой-же как и на уже знакомых мне копьях. А вот сам наконечник, однозначно заслуживал внимания. Длинный, около тридцати сантиметров и широкий в основании он напоминал большой кинжал. А еще у него в районе втулки были, было... даже не знаю, как назвать — как будто небольшая металлическая перекладина. И самое главное, наконечник был также как и мой сакс «мозаичным», как местные называли то, что в моем мире звалось дамаском.

— Класс! — я провел пальцами по металлу.

— Нравится? — прищурился Колль.

— Да, — выдохнул, возвращая копье обратно, — не разбираюсь в копьях, но наконечник великолепен!

Тут я не лукавил, желая подмазать владельца, за последнее время насмотрелся на местные железные поделки. На их фоне и мой, казалось бы, простенький нож, и этот наконечник смотрелись вершинами технологий: многослойная сталь сердечника, темные полоски наваренных лезвий, металл тщательно отполирован.

Не до зеркального блеска, конечно, но следов ковки, как на моем топоре и Фродином свинорезе, не было.

Колль расплылся в довольной улыбке.

— Это я еще во времена своей юности сковал. Оно со мной не мало постранствовало!

— И ведь не соглашается продать, бирюк старый, — усмехнулся третий мой спутник.

— Я его не продам, — кузнец любовно провел ладонью по темной древесине древка, — со мной пойдет. Туда, — он поднял глаза к небу, вслед за легким, почти незаметным дымком костра, — пусть другие эйнхерии завидуют.

— Не боишься, — ухмыльнулся Стейн, — что и владелец Гунгнира почувствует себя уязвленным?

— Брось, — отмахнулся Колль и поморщился, — Отец Битв не обидчив.

— Слушай, Колль, — спросил я, — а зачем такой длинный наконечник? Это же почти что меч.

— Да, меч и есть, — согласился кузнец, — этим копьем не только колоть, им и рубить можно, только тогда в две руки надо брать.