Легенда о Лазаре 9. Враг моего врага

Я приму любого кто, возомнив себя воплощением справедливости, попытается стать героем. Но я хочу, чтобы они знали: ждать их будет лишь смерть”.

Глава 5

Одним из самых противоречивых занятий, которым мог посвятить себя Мастер на государственной службе, была доставка. Естественно, речь шла не об обычной почте, а о разного рода секретных документах, которые слишком опасно передавать с помощью магии. И, если смотреть на это занятие именно с такой стороны, то получалось действительно ответственное и крайне важное дело.

Однако, если задуматься, доставка чего-либо Мастерами была в каком-то смысле даже позорным родом деятельности. Всё-таки они были избранными, одними на миллион, лучшими из лучших магов планеты. И становиться, по сути, почтальонами?

Сиа’Геата Пакронт, работавшая в отделе дальних сообщений уже третий год, слышала недовольства по поводу выбора ей работы уже сотни раз. Когда она, став одним из самых молодых естественных Мастеров в истории Эрда, получив таким образом возможность самостоятельно выбирать сферу деятельности, пошла в отдел дальних сообщений, решение Геаты не принял никто.

Однако Геата твёрдо стояла на своём, и, в конце концов, от неё отстали. Даже дед, министр иностранных дел империи, в какой-то момент просто махнул рукой, устав от упёртости девушки. Тем более что в каком-то смысле вся её семья понимала причины такого решения Геаты, берущие начало в тот злополучный день тридцатилетия кронпринца империи.

Правда о том, что тогда произошло, и то, что впоследствии попало в СМИ, различались как небо и земля.

Реальность перекрутили настолько, что у знающего человека глаза на лоб лезли от осознания всего абсурда итоговой версии событий. А ведь у тех событий было около десяти тысяч свидетелей.

Официальная версия была создана довольно быстро совместными усилиями представителей семи империй, очень удачно находившихся на банкете, а также, естественно, самих культистов. Именно поэтому из агрессора и главной, по сути, причины всех разрушений, культ Зверя превратился в амбициозную, но довольно честную и справедливую организацию.

А вот Лаз, уже не имевший права голоса, остался козлом отпущения.

Такая версия устраивала всех. Культ получал, по сути, признание со стороны семи империй и возможность расти уже в открытую, а вся остальная Сфарра получала столь необходимую для подготовки к войне отсрочку.

Однако причин, которые могли бы сподвигнуть того или иного свидетеля начать рассказывать правду, была масса.