Михаил Гущин. Ростовская академия

Почему именно они оказались здесь? На борту этого научного корабля находится моя сестра — все, что у меня осталось от прежней жизни. Корабль скорее всего не выходит на связь, потому как аномалия глушит их приемники. Возможно они уже догадались, что в созвездии Кита их ждет опасность и разворачиваются на обратный ход. Но даже если так, аномалия поглотит их куда быстрее, чем они покинут опасную зону — слабый двигатель научного корабля не позволит развить достаточную скорость.

Я вызываю передатчик связи, но он молчит.

У меня есть только один шанс помочь сестре и всему экипажу Эквитас — войти в аномалию самому. Поглощая нечто крупное, будь то астероид, крупный метеорит или космический корабль, эта дрянь на время снижает свою скорость. Размера моего разведывательного корабля должно хватить, чтобы выиграть несколько минут для Эквитаса. Шансов немного, но мне стоит попробовать. Попробую передать послание в координационный центр и будь что будет.

— Прима-три, Эквитас не отвечает. Они находятся в зоне аномалии.

— Странник, если еще можете, уходите оттуда! — стальной тон коордиантора не предполагал колебаний, но я уже решил, что поступлю иначе.

— Прима-три, я дам экипажу Эквитас всего пару минут. Сделайте что угодно, хоть из кожи вон лезьте и порвите задницы, но передайте им сообщение. Пусть уходят их созвездия Кита. И еще, передайте моей сестре, Анилин Раевской, что брат ее любит...

— Странник, не смей! Выполняй приказ!

Голос координатора задрожал, но я отключил связь и не ответил. Я знал, что он справится.

Старина Елизар весь центр поставит в позу собирателя клубники, но сможет пробиться к их передатчику и выведет экипаж из опасной зоны.

— Ну а мы с тобой, Ласточка, летим в последний раз, — прошептал я и нежно провел рукой по приборной панели. Наверно, странно называть корабли именами птиц, но эта аналогия прочно засела в наших представлениях о мире еще с тех времен, когда мы покоряли стратосферу.

Когда огромное мерцающее ярко-фиолетовое облако предстало передо мной, застилая обзор, я вдавил гашетку и выпустил в него весь скудный заряд, которым был оснащен мой корабль.

Да, это было настолько бесполезно, как бить веслом по морской глади, пытаясь унять шторм, но мне так было легче.

— Иду на таран! — заорал я, хоть меня уже никто не мог расслышать...

— Миша! Мишка, проснись! — кто-то тормошил меня за плечо, и мне потребовалась еще минута, чтобы прийти в себя.

Я открыл глаза и резко поднялся, едва не ударившись лбами с Владом.