Последний боевой маг

Попыталась, в смысле, поймать... Старик был почти на голову выше её и весил раза в полтора больше. Чуда не произошло, и они вместе рухнули на пороге. Больно приложившись правым бедром и локтем, она стиснула зубы, чтобы не заорать.  Из глаз брызнули слезы.

- Прости... потерял контроль... умираю... – оказавшись на ногах в мгновение ока, старик поднял её с крыльца, поставил на ноги и, тяжело ступая, направился внутрь.

- Как это умираете... - выдохнула она, заходя следом за ним. 

Руки у старика были, что называется "железные", и без всяких там приставок "как".

Алексей в молодости был мастером спорта по гимнастике, потом преподавал в фитнес центре, где они с ним и познакомились. Но здесь даже не сравнить, и теперь понятно, почему сбежали те бандиты. Но не это удивило её больше всего. И даже не то, что лицо старика за время их короткой прогулки изменилось так, словно за эти десять минут он прожил не меньше десяти лет.  Это «умираю» прозвучало столь обыденно,  что не поверил бы не только Станиславский. Таким тоном извещают мужа о покупке колбасы…

- Амулет Заркана, - старик положил на  резное  трюмо небольшой серебристый диск на черной цепочке и двинулся в сторону стоящей прямо посреди комнаты кровати. – Там, - не оборачиваясь, он махнул рукой на стоящий у правой стены сундук. – Там одежда, оружие, деньги и бумаги. Амулет наденешь, когда я уйду за грань.  Он скроет тебя от взора видящих Оранжевого Трезубца.

- Да что происходит! Объясните! – воскликнула, оглядываясь по сторонам,  Ольга.

– Кто Вы такой!?  Куда я попала?!

  Кроме сундука, трюмо и кровати, в комнате не было практически ничего.  Кривая колченогая табуретка, потрескавшийся обломок зеркала над трюмо и небольшой столик с остатками какой-то еды.  Широкие половые доски с пятнами гнили, ободранные бежевые стены с подтеками и четыре факела на стенах  - какой-то жуткий сюрреализм! Дом алкоголика или бомжа! Или и то и другое, но...  Но те бандиты на бомжей не походили ни капли.

Что же тогда…

- Тебя как зовут? – тяжело опустившись на стоящий на каких-то чурбаках деревянный топчан, который Ольга по ошибке приняла за кровать, спросил низким голосом старик.

- Ольга… а Вас?

- Хельга… - он оперся ладонями о край топчана, поднял голову и горько усмехнулся. – Я просил у богини сына… Но пути богов и их замыслы неясны для понимания смертных. Дана прислала тебя… Может это и к лучшему. Женщина рассудительнее и осторожнее мужчины.