Целительница. Выбор

И продолжила, когда все несколько удивленно посмотрели на меня. – Если вы помните, то данная методика была разработана профессором Соколовым. И я хотела бы получить его разрешение на ее использование.

И хотя все было не совсем так…

Мне нужно было поговорить с профессором. Объяснить ему, что заставило сбежать, предпочтя оказаться как можно дальше от Москвы. Да хотя бы просто посмотреть в глаза, дав понять, как много он и Людмила Викторовна сделали для меня…

Это был не просто неплохой повод.

Этот повод был железобетонным. Для всех.

***

Из рук валилось с самого утра. То ли встал не с той ноги, то ли…

Гадать о причине дурного настроения не стоило. Разговор с Тофой оставил неприятный осадок, избавить от которого не смогли ни тихое, обычно умиротворяющее присутствие рядом супруги, ни студенты, чья живость просто не давала впасть в хандру.

И ведь сталкивались лбами с другом детства далеко не в первый раз – бывали в их жизни случаи с правдой, которая у каждого своя, но чтобы вот так, до полного непонимания, не припоминал.

- Данила…

Профессор наклонил голову, прижавшись щекой к ладони жены, которую она положила ему на плечо. Вдохнул даже не легкий – легчайший аромат духов.

Его подарок…

Он не забыл, как выбирал, рассчитывая угадать в очередной раз. И ведь знал ее предпочтения, но иногда, определяясь с подарком, отходил от канона, разыскивая что-нибудь неожиданное.

Этот флакон девушка-консультант предложила буквально в последний момент, когда он уже практически отказался от возможности сделать Люсеньке сюрприз и готов был согласиться на что-нибудь из списка ее предпочтений.

Вдруг вскинулась, убежала к дальней витрине и вернулась оттуда с пробником духов и тонкой бумажной полоской, на которую и брызнула из пульверизатора. Потом взмахнула рукой, направляя аромат в его сторону…

Букет после запаха кофейных зерен, которым «очищал» уже забитые рецепторы носа, он почувствовал не сразу.

Но когда ощутил…

Композиция раскрывалась мягко и ненавязчиво, точно описывая Люсеньку такой, какой он ее знал. Чуткой, женственной, и даже ранимой, но при этом сильной в том, что считала для себя принципиальным.

С подарком он не ошибся. Именно эти духи числились теперь у Люсеньки среди любимых.

- Извини, родная, - поморщился он, возвращаясь в реальность. - Что-то маетно мне.