Геомант. Последний из рода

Словно этого было мало, девушка от души врезала страдальцу в пах и, не слушая завываний, повернулась ко второму неофиту:

— Потащишь своего дружка.

Азиза уверенно пошла вперед, не проверяя, выполнит ли новичок ее приказ. Знала, что выполнит. Девушка усмехнулась. Именно так нужно демонстрировать вновь прибывшим возможности клана Фтеротос. Подобный урок вышел куда более наглядным, чем ветер, закрученный в смерч. Заодно сразу же выветривает из головы дурные мысли и показывает, кто есть кто.

Увлеченная собственными мыслями, Азиза не заметила стоящего в тени одной из колонн прихлебателя старика, Гелла.

Парень, нахмурившись, смотрел в спины удаляющихся учеников Мирона, что-то решая для себя. Затем встрепенулся и пошел в другую сторону.

***

Мы вышли, когда на улице окончательно стемнело. Не желая рисковать лишний раз, я попросил у минотавра Полог невидимости. Тот без особых раздумий поделился предметом, благо, после одного из налетов мы прикупили пару кристаллов, под завязку набитых энергией огня.

Правда, за эту роскошь пришлось заплатить такую сумму, что вспоминать не хотелось до сих пор, но я предпочитал придерживаться мнения, что на собственном здоровье не экономят. Мертвецам деньги ни к чему.

Менис вонял... как козел, другого слова не подобрать. Приходилось терпеть. Благо, идти оказалось не очень далеко. На удивление, кабак, который сатир расписывал как очень приличное и дорогое место, оказался расположен достаточно близко к портовой стороне. По словам Мениса, хозяин заведения имел серьезные связи в городской страже и ни один местный оборванец не смел трогать клиентов «Слез Афродиты».

Причем факт про кумовство владельца со стражей рогатый паршивец выдал перед самым выходом.

— Да расслабься ты, паря! Четырехпалый Фауст не имееет привычки совать свой нос в чужие дела. Его не за просто так прозвали Четырехпалым. Мнее рассказать, почему, или ты понял намеек?

— Однажды он сунул нос в чужие дела?

— Именно. За ээто и лишился мизинца.

Весь дальнейший путь прошел под непрекращающиеся попытки козла травить байки, коих у него оказалось превеликое множество.

Впрочем, в большинстве своем они сводились к тому, как Менис кутил где-либо или как получал люлей от кого-либо. Жизнь сатира оказалась такой же незатейливой, как и мысли. В какой-то момент мне это надоело и я велел ему заткнуться. Не хватало еще, чтобы кто-то из случайных зевак, которые нет-нет, да попадались навстречу, обратил внимание, как пустота рассказывает «...