Геомант. Последний из рода

Все мое естество не было приспособлено к подобному развитию событий. А значит...

— Зови парней.

Банда собралась в зале уже через пять минут. Все жадно смотрели на меня, словно ожидая, что я прямо сейчас превращусь в дракона или подарю им по баронству с приличными угодьями. Лишь козлоногий демонстративно насвистывал какую-то незатейливую мелодию, качая ножкой и прикладываясь к кружке с вином. Но его выдавали дергающиеся уши. Рогатый внимательно прислушивался к происходящему.

Я немного поразмыслил, прикидывая, что им сейчас скажу:

— Друзья! Каждому из вас так или иначе не повезло в жизни.

Кого-то родители подбросили в храм, потому что не могли прокормить...

Близнецы сжали кулаки.

— Кто-то не пожелал отправляться на рудники за то, что, умирая с голоду, украл курицу...

Нахмурился Богомол.

— Кто-то просто оказался на обочине жизни, потому что Правителя и его жирных зарвавшихся лизоблюдов интересует только собственный карман, а не проблемы своего народа. Все вы оказались здесь, потому что до вас никому нет дела.

Среди вас нет мразей, готовых запороть человека до смерти за то, что он не смог заплатить непомерный налог.

Глядя в их просветлевшие лица и пылающие глаза, я сам невольно распалялся все больше и больше, хотя никогда не отличался особым талантом оратора. Вот ведь! Всего-навсего хотел их подбодрить и настроить на нужный лад, а в итоге выдал вдохновенную речь. Кажется, без сущности Димитра тут не обошлось.

— И я скажу вам — мы заберем у богатеев то, что они отняли у таких, как мы! Заставим их вернуть награбленное добро! Призовем к ответу за все злодеяния! Я говорю вам это как наследник Якострофа!

Подчиняясь наитию, я вытянул вперед руку, продемонстрировав пораженным слушателям клановое кольцо, непонятно отчего засветившееся на моей ладони мягким зеленым светом.

Какого хрена?! Я же не собирался выкинуть такую глупость!

Несколько мгновений в безымянном подземном убежище стояла такая оглушительная тишина, что можно было услышать, как по моему виску стекает капля пота.

Затем все разразились радостными криками.

— Дааа! Долой богачей! Мы с тобой, Милан! Славься, Якостроф!

Причем даже сатир и минотавр мыкнули-мекнули что-то одобрительное.

Чувствуя, что только что заварил серьезную кашу, я сказал еще какую-то напутственную чушь, попрощался и спешно ретировался.

— Твоя работа, рифмоплет?! — прошипел я, едва дверь за мной закрылась.

Здорово получилось, правда? Ты был очень убедителен, даже я проникся.