Михаил Гущин. Предотвратить смуту

Здорово же ты блуждал, если наткнулся на одного из таких людей. Обычно они селятся в паре дней пути от ближайшего города. Там, куда даже охотники не забредают.

— И что, они правда умеют больше, чем остальные одаренные?

— Сложно сказать, потому как о них практически никто ничего не знает. О старцах ходит много слухов от тех, кто их встречал, например, таких как ты рассказал, но никто точно не знает правда это или нет. Одно известно, что чужаков у отшельников не любят, а старцев отыскать не так-то и просто.

Только если они сами выйдут навстречу.

— Выходит, он сам хотел пообщаться. Но зачем? Он ведь ничего особенного мне не сказал.

— Думай, Миша! — произнес Фролов. — Ладно, оставим наши дела и выпьем чая? Самовар уже, должно быть, вскипел.

Константин собрался подняться, но я остановил его жестом.

— Есть еще одна вещь, которую я хотел узнать.

Я вынул из кармана перстень, снятый с пальца убитого мной культиста, и положил его перед Фроловым.

— Убери это с моего стола, — процедил сквозь зубы Константин.

Он мгновенно изменился в лице и стал серьезным как никогда. — Не знаю где ты был и откуда у тебя этот перстень, я не хочу, чтобы он находился в моем доме.

— Странно, а вот посреди Уральских гор, куда я попал по милости Игнатьева и его дружков, эти перстни носят без стеснения. Один из таких был у человека, который участвовал в странном ритуале, а второй — у Вениамина Родионова. Вот я и хотел выяснить как эти перстни могут быть связаны.

Я достал второй перстень, который принадлежал ранее Родионову и положил рядом с первым, несмотря на протесты Фролова.

Константин глубоко вдохнул и попытался успокоиться. Ему потребовалось немного времени, чтобы подготовиться к этому разговору.

— Что ты знаешь о лжепророках?

— Ммм... Ничего.

Я напряг память, но ничего не вспомнил из прочитанного. Даже в памяти Михаила не было воспоминаний, связанных с лжепророками. Маша с Владом притихли и следили за нашим разговором, переводя взгляды то на Константина, то на меня.

— Не удивительно, — ответил Константин. — Эту часть нашей истории мы особенно старательно стирали из всех летописей. История с лжепророками ведет свое начало незадолго до Смутных времен и насчитывает где-то пять сотен лет. Думаю, ты понимаешь, что эти все знания, которые дошли до нас, туманны. Но кое-что мы знаем точно — лжепророки ходили по городам, наводили панику среди людей, стравливали их друг с другом и сеяли раздор.