Михаил Гущин. Предотвратить смуту

Шестерых работников, включая меня, оставили в этой части, а остальных повели в другую сторону.

— Работайте отсюда и до обеда! — скомандовал охранник и рассмеялся собственной шутке. Каждого пленника он расставил возле разметки у стены, указав каждому из нас место, где нужно добывать породу.

Ладно, посмотрим. Я перехватил кирку и ударил. Она соскользнула по каменной поверхности, оставив там лишь глубокую царапину. Что-то я делаю не так, потому как мой сосед уже вовсю вгрызался в породу и расковырял небольшую ямку в каменной стене.

— Погляди, ты не так бьешь, — мужчина перехватил кирку и показал под каким углом нужно бить. У него получалось куда лучше.

— Спасибо, — ответил я, повторив его манипуляции. В этот раз кирка пробила небольшую ямку и застряла между двух камней. Пришлось хорошенько пошевелить, чтобы высвободить ее.

Следующие пару часов я пытался приноровиться, делая передышки, чтобы перевести дух. Подавители не давали мне использовать дар вне собственного тела, но я не сдавался.

Я чувствовал как они понемногу истончаются при каждом использовании силы. Сначала мне казалось, что вспышка ауры выдаст меня, но раз дар блокировался, не было и вспышки.

Так я чередовал всю смену. Когда были силы — махал киркой, а когда отдыхал — призывал силу, чтобы снять усталость и восстановить мышцы. С непривычки руки сильно болели, а на ладонях кожа облезла даже через перчатки. Если бы не дар, не представляю что бы я делал.

Так продолжалось целую неделю. Я чувствовал, что подавителю осталось совсем немного и тратил дар при первой же возможности.

Моим напарником, с которым мы вместе копали тоннель, оказался обычный мужичок из Оренбурга по имени Архип. Раньше он работал кочегаром, а потом, чтобы прокормить семью, нанялся извозчиком. На одном из таких маршрутов машину у него отобрали, а самого захватили в плен. К счастью, навыки он не растерял и держался бодро, хоть работа и изматывала его больше моего.

— Не могу больше! — Архип сполз по стене и выронил кирку, которая с громким стуком ударилась о каменный пол.

— Нет сил больше махать.

— Не торопись, прорвемся! — я считал его своим другом. Он помог мне освоиться и дал кучу дельных советов, да и время от времени болтали о жизни, когда появлялась свободная минутка. Неужели я брошу его?

— Миша, ты крепкий парень, еще сможешь пару лет протянуть, только постарайся не надорваться, а мои дни окончены. Вряд ли я приду в себя.

— Погоди, я хочу кое-что попробовать.