1937 год с Возвращения Короля Книга первая

Тот был крупнее и сильнее прочих, нападал редко, но нанес самые существенные ранения… Убить его! И вся их стая распадется!Тогда останется переловить их в темноте, и в награду за раны он от души полакомится их мясом, у которого, оказывается, такой чудесный сладковатый вкус…

Как жаль, что он раньше им пренебрегал.

Теперь он решил, что убьет всех до единого.

…Когда зверь прыгнул, Командир подметил его движение раньше других и знал, что пришел его черед. Перед этим Зверь молниеносно метнулся к Молчуну, ударом лапы заставив его отскочить, а затем, разом собравшись, с места прыгнул ярдов на десять.

К нему. Командиру.

Поэтому когда зубы Зверя уже готовы были сомкнуться на плече двуногого, когда лапы были готовы обхватить его и распахать все тело когтями, в том месте, где чертов вожак только что был, никого не оказалось.

Прыжок прошел впустую, когти вспороли только воздух, а челюсти со стуком лязгнули…

Зато все брюхо Зверя разом обожгло жуткой, еще невиданной болью.

Старый Зверь издал испуганный, растерянный рык. Он еще не верил в неизбежную смерть, но чувствовал её приближение и боялся, как будто был беспомощным детенышем.

И увидел врага – тот был близко, на этот раз сбоку, и его «клык» уже вонзался ему под лопатку…

Другие двуногие тоже будто вырастали из-под земли, совсем рядом, и остро отточенные клинки кромсали шкуру, сухожилия, с противным хрустом вонзались между ребрами…

Угасающим сознанием Зверь успел с досадой отметить, что за долгую жизнь так и не узнал ничего об этой страшной породе двуногих – легких на ногу, быстрых, как серны, бесстрашных, как лесные кошки, защищающие потомство, и холоднокровных, как резники-волки…

Иначе держался бы от них подальше.

Командир отошел от поверженного зверя. Другие немедленно последовали его примеру – если отошел Командир, значит, делать больше нечего.

Зверь был мертв. Командир не отдавал приказов – эти молодые бойцы, почти дети, только что победившие свирепого хищника одними ножами, в них совершенно не нуждались.

Дозорные немедленно вновь рассыпались по сторонам, другие сноровисто резали дерн и копали яму, где предстояло упокоиться в самое ближайшее время безымянному зверю и девушке, которую они знали, как Щепку.