Осколки души. Том 1 и 2

Так что я предпочел самый простой и действенный метод — перекрыл одну структуру другой, создав вокруг амулета кокон.

Не подействовало. Возможно, из-за разницы в применяемой магии. Или я был недостаточно сконцентрирован. Или… еще два десятка других «или». Но сейчас меня это не волновало. Зарычав, я сбросил один кокон, отбил стрелу и начал сжимать другой — воздушный. Невидимый полог вокруг амулета стал вполне ощутим, а спустя несколько мгновений я сумел почувствовать место, из которого к Виолетте протянулась дорожка силы.

Времени на то, чтобы изучить последствия своих действий, у меня не было, да и не особо они меня сейчас волновали. Тщательно и последовательно экспериментировать тоже было некогда, ведь Виолетта явно собиралась прыгнуть, уходя от очередного удара. И тогда я заставил воздушный кокон сжаться и уплотниться, став почти видимым.

Девушка, как раз подпрыгнувшая, ожидала, что ее подхватит смерч и унесет прочь. Но в этот раз Элли не покинула своего Канзаса. Смерч потух, даже не начав формироваться.

Девушка упала, не слишком удачно приземлившись на одно колено, но тут же вскинула лук. Я оказался в пяти метрах от нее, отбил стрелу и еще сильней сжал кокон вокруг амулета, тогда тетива в руках Виолетты испарилась, напоследок неприятно звякнув.

— Хватит! — взревел Эрдман, всадив между нами свой гигантский двуручник, когда мне оставалось несколько шагов до цели. — Довольно! Да что сегодня с вами обоими?

— Прости! — вдруг заревела Виолетта, хотя я еще ничего не успел сказать. — Прости меня! Я не знаю, что делать! Я думала… Прости!

— Ваша светлость, да в чем дело? — непонимающе уставился на нее Эрдман.

— Что ты сделал с госпожой, сопляк?!

— Всего лишь дал то, что она сама хотела, — сказал я, успокаиваясь, и украдкой взглянул на почерневший от сдерживаемой силы амулет. Никакой воздушной магии. Ни у меня, ни у Виолетты. А значит, если я не выпущу ее — мы оба останемся калеками, только почувствовавшими настоящую свободу.

Выдохнув, я отпустил амулет, развеивая кокон. В то же мгновение за спиной нависающего надо мной последнего феникса внезапно вернувшийся вихрь поднял Виолетту, поставив ее на ноги, но девушка не спешила призывать свое оружие, только стояла, вытирая заплаканные глаза, и смотрела в землю.

— Если ты что-то сделал герцогине, я тебя размажу по всему этому полигону таким мелким слоем, что ты в землю вместо удобрений впитаешься! Без следа! — прорычал Эрдман.

— Оглянись старик, — буркнул я. — Все, что могло произойти, уже произошло.