Осколки души. Том 1 и 2

Вы и ваши подруги сумеете присмотреть за моими одноклассниками? — спросил я, скорее чтобы убедить лишний раз остальных, чем получить ответ на давно обговоренный вопрос.

— Можете на нас рассчитывать, — сказала сестра-госпитальер, показывая на подготовленные кушетки.

— Я первая, — тут же вызвалась добровольцем Пожарская. — Если есть сила, я должна ее получить!

— Отлично, это зелье убеждения. Принимаешь ли ты его добровольно, под взглядом свидетелей? — спросил я, прежде чем несколько раз капнуть в кружку, стоящую на тумбочке у кровати.

Екатерина нетерпеливо кивнула. — Прежде чем начать, я еще раз предупреждаю, тебе придется выпить зелье кошмаров, бредовой лихорадки и снотворное. Ты согласна?

— Да, давай уже быстрее! — чуть не закричала Пожарская. И я протянул лекарство, а затем воду, чтобы его запить.

— Слушай мой голос, ты сейчас заснешь и столкнешься в своем сне с десятком гомункулов. Враждебные куклы будут сражаться с тобой в полную силу. Ты будешь вооружена своим любимым оружием и сможешь использовать свою стихию.

Проснешься завтра утром, или после того, как победишь десять групп по десять марионеток, — громко и четко произнес я, дожидаясь, пока глаза Пожарской не начнут закрываться. — А теперь спи!

Девушка откинула голову на подушку и через несколько минут громко захрапела. Вначале мне даже показалось, что ничего не сработало, но затем по всему ее телу прошла дрожь. Екатерина нахмурилась и слабо застонала. Ее глаза начали бегать, чуть смещая веки.

Руки и ноги непроизвольно дергались — будто она пыталась и в самом деле ими отбиваться.

— Отлично, работает. Следующая Нинель, — сказал я, указывая на кровать рядом. Горничная нахмурилась, но сомневалась всего несколько секунд. Я повторил всю процедуру от начла до конца и, убедившись, что зелье и на нее подействовало соответствующе, пригласил следующего. А уже через полчаса все мои одноклассники, кроме Виолы, дергались в кроватях.

— Ты принимаешь зелье убеждения добровольно? — почти закончил я фразу.

Девушка, привыкшая к многократно проведенному ритуалу погружения в сон, тут же согласилась. Недаром я оставил ее напоследок. Вот только теперь мои слова чуть отличались. — Во сне ты сможешь использовать свое любимое оружие, с которым обращаешься лучше всего. Ты сможешь использовать стихию ветра.

Последние слова я произнес, когда глаза Виолы уже закрывались, но ее сознание крепко уцепилось за сказанное.