Кельт. Место под солнцем

Черт подери! От это я понимаю, кабинет! Не то что у Бобруты… Чего здесь только не было… древнее оружие на стенах, статуэтки, свечи во здраву богов, амулеты, какие-то колбы и стеклянные шары и книги, книги, книги… а поверх книг: бумаги, бумаги, бумаги… они толстым слоем покрывали все поверхности на подобии снега.

И в то же время я четко осознал, что все это, несомненно, дорогущее барахло мне не нужно. Амулет со вшитыми в него чарами безошибочно толкал меня в один угол… Тяга была столь сильна, что я уже почти направил свои стопы к высокому двустворчатому шкафу, но мертвенную тишину этого места внезапно разрезал грозный голос Старика:

– А ну, стой, парень!

Клянусь, в этот миг я чуть было не разорвался надвое! Амулет тащил меня к шкафу, но воля Старика не давала сойти с места! Я стиснул зубы, чтобы не застонать.

Амулет разгорелся просто нестерпимым жаром.

– Сопротивляйся. Попробуй-ка сделать это сам.

Тотчас я понял, о чем он толкует и сразу ж вцепился в Печать. Если раньше она сама решала, когда снабжать меня силой, то теперь я должен был извлечь ее сам!

Сколько-то бесформенной сырой магии выдралось легко, но потом дело застопорилась.

Печать внутри ощерилась, ощетинилась колючками и словно вертлявая лисица попыталась ускользнуть в глубины сознания.

– Это трудно, но с каждым разом будет все легче. В вашем мире маги подчинены силе, парень… но так хорошей каши не сваришь, ты должен научиться забирать ее столько, сколько хочешь ты сам!

Черт подери! Легко сказать! С каждой отжатой у Печати каплей взор Шаила все более устремлялся ко мне.

Поначалу удивленный, вскоре он стал раздраженным.

– Не беспокойся о хозяине этой магии… На деле, такие хозяева только рады, когда в их пастве заводится инициативный игрок, ха-ха…

Что такое «инициативный» я не знал, но негромкий голос Старика влил в мои невидимые мускулы, кои я напрягал, таща из Печати шлейф силы, новый заряд бодрости.

– Хватит! – резко бросил он. – А теперь формируй щит! Структура неважна.

К структурам перейдем позже!

О боги, к этому времени мне казалось, что я весь день таскал на гору тяжеленные камни. Усталость валила с ног, а пенящаяся в сознании магия того и гляди готова была вырваться, попутно разодрав мой разум в клочья!

– Да… как же… его… формировать-то?.. – сквозь зубы выдавил я.

– Твоя кровь, парень, лучший инструмент, какой можно придумать. Эмоции, кои кипят в ней…

Но я Старика уже не слушал.