Кельт. Место под солнцем

Жаг достал губную гармошку и теперь, пофыркивая, пытался вывести какую-то мелодию. Учиться на ней играть он начал только недавно и потому получалось достаточно хреново, но народа это не беспокоило. Баньга уже начал приплясывать, а Косой, в охапку с полноватой девицей с Площади Нищих, и того хуже, подражая толстобрюхам, кружился с ней в середине комнаты.

– Я знала, Кельти, я всегда знала, что ты далеко пойдешь… Даже когда оказалась в твое ватаге… понимала, что это не надолго… – протянула Сейма и вдруг… разревелась!

– Эй, ты чего?

Сказать, что я растерялся, значит, ничего не сказать.

Даже когда ее жестоко били, Сейма максимум, что могла, так это выдавить пару слезинок. Но чтобы вот так навзрыд?

Музыка, если ее можно так назвать, прервалась, и народ недоуменно обернулся на нас, но я погрозил кулаком и Жаг снова запыхтел в гармошку.

– Я… я… – девушка что-то хотела сказать, но я неловко погладил ее по растрепанным волосам, и Сейма уткнулась мне в жилетку.

– Ну… Ну что ты… Ты из-за Бобруты что ли… Так дык я туто буду-то… Кудыть денусь-то? Ходить буду по рынку… вас всех видеть буду… И тебя…

Черт подери.

Я лепетал какую-то ересь и не мог остановиться. Конечно, я врал. Какая, к черту Сейма? Она мне и здесь-то была нужна лишь для одного, а когда поселюсь в «Пере», то забуду о ней через пару дней. Я врал и она знала, что я вру и от того еще больше рыдала. Похоже, дурочка влюбилась в меня по самые ухи. Сам не знаю от чего, но у меня вдруг тоже глаза оказались на мокром месте. О Шаил, не дай мне еще расплакаться пред бандой!

И только я об этом подумал, как вдруг изрядно-таки разозлился. Терпеть не могу, когда меня ставят в неудобное положение!

– А ну-ка! – я отодрал от себя девушку и стряхнул ее на пол с коленей. – Заканчивая сопли размазывать! Раздвинешь ноги перед Нурсом и завтра уже забудешь обо мне!

Ха! Вот такой мне было видеть ее привычней! Сейма в мгновение взвилась аки рысь!

– Ах так! Ублюдок! Зарежу, суку!

Ха! Переход от рыданий к попытке расцарапать мне лицо был почти мгновенным! Вот такая она – Сейма.

Я поймал ее за руку, развернул к себе спиной и подозвал друга.

– На, держи. Будет переходящим трофеем, ха-ха…

Народ загоготал, а Нурс, улыбнувшись, схватил Сейму поперек туловища и, не обращая внимания на мат и царапанье, потащил за сарай.

Фух. Взбаламутила она меня. Я прислушался и ничуть не удивился, что крики протеста вскоре сменились на совсем иные охи.

Ну и к черту ее.