Во все Имперские ТОМ 1 ТОМ 2

Но это ладно, она довольно горячая штучка, да и, кроме того, лучшая в стране целительница. Такую бы и я принял. Но знаете кого еще он принял? Корень-Зрищина. А больше никого.

Псобчаков вскочил с кресла, в котором он сидел. Медведянский ахнул, одновременно со своим медведем.

— Да, да, — повторил Лёдов, — Корень-Зрищина! Это точная информация, господа. Что-то вижу, ты не рад, Володя. Всё еще хочешь короновать Павла Павловича?

— Кхе-кхе... — прокашлялся Псобчаков, — Это многое объясняет.

— Что объясняет? — как всегда не въехал Медведянский.

— Мне докладывают примечательные вещи, — вкрадчиво произнёс Псобчаков, — По всей стране зафиксированы вспышки насилия. Восстания холопов. Смерти магократов. Пока что худородных магократов, из мелких кланов. А в Псковской губернии, по моей информации, началась война каких-то местячковых кланов. И все это за сегодня. За последние шесть часов.

— Ты хочешь сказать... Что началось? ОНО началось? — с круглыми от ужаса глазами спросил Медведянский.

Его медведь встал на задние лапы и огласил зал громким рыком.

— Кхе-кхе... — деликатно покашлял Псобчаков, — Ну, это было неизбежно. Мы все знали, что этот момент когда-нибудь наступит. Что вы предлагаете, Борис Николаевич?

Лёдов сделал недвусмысленное движение рукой, как будто сносит кому-то голову, и только потом произнёс:

— Че тут предлагать-то? Вы пришлете свои Дворцовые Гвардии. Я добавлю к этому свою, а еще Мальтийский Орден. Пара часов боя, сотня трупов, и наши люди заковыряют этих поганых девок из Лейб-Гвардии.

А наследник... Ну, упадет в процессе случайно башкой о каминную полку. Бывает. А Корень-Зрищина на виселицу, само собой. Ему там самое место. Ну и устанавливаем наш Триумвират в качестве временной формы правления, само собой.

— А вдруг гражданская война? — перепугался Медведянский, — Часть магократов может встать на сторону Павла Павловича.

— На сторону мертвеца? — хмыкнул Лёдов, — Держи карман шире. За мертвецов никто не воюет.

— Кхе-кхе... Но ведь гражданская война и правда может начаться, уже после смерти Павла Павловича, когда мы начнём делить пирог, — заметил Псобчаков, — Нет, не годится. Опасно, риски слишком велики. Альтернативы?

— Ну не Малого же на трон сажать, в самом деле, — пробурчал Лёдов, обшаривая помещение глазами на предмет алкоголя.

Но алкоголя тут больше не было.

— А почему нет? — удивился Медведянский, — Малой же придурок. Будет нашей куклой на троне.