Место, где земля закругляется

Тогда чьё же всё это?

Непривычное тело ворочалось с трудом, руки, большие и неуклюжие, сжимали рукоять метлы, ноги неловко переступали по затоптанному полу. К этому телу нужно было привыкнуть. Оно было сильнее прежнего, и он уже несколько раз наткнулся на скамьи, людей и помял прутья метлы - всё с неловкой лёгкостью и незаметно для себя. Каждый раз на него орали, ругались, давали затрещины - насколько могли дотянуться - но кружками по голове больше не били.

Постепенно зал всё больше наполнялся народом.

Две служанки с трудом протискивались между столами, колыхая пышными грудями и шапками пены над кружками. Их щипали за упругие зады, девицы устало взвизгивали с наигранным испугом.

Хозяйка подозвала его, - он не сразу откликнулся, и понял, что его зовут, только когда увидел злое, красное лицо женщины за стойкой - сунула в руки поднос, и велела идти помогать.

- Иди уже, несчастный! Вверх по лестнице, вторая дверь! - крикнула хозяйка, яростно протирая тряпкой столешницу.

- Отнеси ужин господам. Да не пролей ничего, дурачина. Из жалованья вычту. Хотя какое у тебя жалованье... - пробормотала она уже вполголоса.

Он поднялся по узкой, холодной лестнице, для верности скребя боком о резные каменные перила. Он ещё не был уверен в стойкости окружающего мира, и холодный серый камень создавал иллюзию хоть какого-то якоря в общем безумии.

На стене подмигивал узорчатым огоньком висящий на крючке фонарь. Кованый металл, тонкая пластинка слюды - кажется, это была слюда - и трепещущий фитилёк внутри.

В его свете Игорь увидел ряд дверей, по четыре с каждой стороны коридора. Все были закрыты. Под второй справа виднелась полоска неяркого света. Значит, туда.

На подносе, который ему вручила хозяйка, дребезжал серебряный бокал - почему-то Игорь был уверен, что бокал серебряный - стучал выпуклым боком в узорчатый кувшин. На тарелке свисал жирными боками кусок мяса, жареного, посыпанного какой-то мелко нарезанной травой.

Ломти хлеба громоздились щедрой горкой.

Он перехватил поднос поудобнее, едва удержав бокал с кувшином от падения, и толкнул свободной рукой закрытую дверь. Уже когда дверное полотно качнулось и со скрипом отмахнулось к стене, он вспомнил, что не постучался. Ему уже попало несколько раз, - не считая того, фатального удара кружкой по голове - за неловкость. Народ тут был обидчивый и скорый на расправу, это Игорь уже понял.