Место, где земля закругляется

- Ничего нового, - хмуро ответил Игорь и шагнул к рулевому колесу. - Всё как всегда - мы плывём до конца.

- Что сказали эти ублюдки? Ты вышел сам не свой, я видела.

- То, что я дурак. Мне говорили, что нам конец, а я не верил.

Он помотал головой, напрасно желая вытряхнуть оттуда слова магов: "Если бы не костёр завтра, мы бы ни за что не полезли к вам на борт, капитан. Каждый, кто взошёл на Корабль Мёртвых, обречён. Никто ещё не спасся, никто. Магия высшего порядка, наложенная советом Анклава. Даже захоти один из высших снять её, ничего не выйдет.

- Мы все умрём, - просто сказала майита. - Кто-то раньше, кто-то позже. Это не новость.

Она подошла ближе, так что он почувствовал запах её тела - чистый, горьковатый запах. Тряпочный лиф задержался на напрягшихся сосках, девушка смахнула его, он соскользнул по узкой талии и улёгся на бёдрах. Майита теперь стояла так близко, что Игорь чувствовал, какая горячая у неё кожа. Наверное, обмен веществ ускоренный.

Она провела пальцами по его щеке, спустилась по шее к подмышкам и двинулась дальше. Пальчики были маленькие, твёрдые и горячие, как вся она.

Рулевое колесо уткнулось в спину. Игорь огляделся. Псих мерно похрапывал возле мачты. Больше на палубе никого не было.

- Ний'зи заигрывает с Краем, - сказала майита. - Они не выйдут. Не бойся.

- Я и не боюсь, - пробормотал Игорь. Руки девушки путешествовали по нему, и он уже не хотел её останавливать.

Его прижали спиной к рулевому колесу. Отступать было решительно некуда, да и не нужно. В какой-то миг ему стало наплевать, что она не человек. Сейчас это было существо, которое дышало, двигалось и жаждало жизни вместе с ним. Только это единственное имело значение.

Он уложил её на палубу, возле штурвала. Корабль мерно покачивался. За бортом плескались волны, над ними посвистывал ветер, громко храпел псих у мачты. Всё это сливалось в один ритмичный шум, в одну фоновую мелодию, исполняемую невидимым оркестром.

Майита тихо вскрикнула и вцепилась ему острыми зубками в плечо.

Храп у мачты ненадолго смолк; проснулся посвист свежего ветра и глухой ропот волн. Немного тишины, наполненной дыханием; храп возобновился, и снова влился в музыку корабля. Только поскрипывала верёвка, хитрым узлом привязанная к штурвалу.

Глава 15

Каннибалы предпочитают людей бесхребетных.

Станислав Ежи Лец

Бордель госпожи Май стоял в конце улицы.