Охота на Грифа

Все студенты застыли ни глаза не сводя от этого оборванца которого не ясно как вообще впустили в такое элитное здание, и что главное - с оружием. О чём только думала стража пропуская такого через порог? Это место для чад богатых и влиятельных людей, а не каких то нищих с испорченной кровью.

Ялмир шагал по ковру, время вокруг казалось застыло, весёлые и болтливые студенты сразу замолчали как только он поднялся на этот этаж, сотни глаз уставились на него, все они - опрятные, с идеальной осанкой, богато одетые с явным призрением взирали на обычного, немытого простолюдина с нестриженными волосами, единственное что не давало им начать обыденно смеяться прямо ему в лицо - меч который покачивался на его поясе и кровь, капающая с его руки, однако ран на Ялмире небыло, ни царапины, что и заставило учеников института замереть, словно мир поставили на паузу, со всех сторон то и дело слышались перешёптывания в не самой приятной форме.

Утренний свет через окна освещал широкий коридор и картины на стенах с основателями института и самим королём, на фоне всего этого богатства и золота в одном только коридоре, Ялмир выглядел просто смешно, как если бы немытое животное зашло в королевские покои.

— Извините, сэр. - старый мужской голос послышался за левым плечом Ялмира, от чего у того накатила паника.

Ялмир нервно клацнул зубами едва не прикусив язык с глазами, чьи дрожащие зрачки уменьшились до микроскопического уровня.

Кто то, да и к тому же старый, дряхлый смог подобраться к нему за спину, так близко, без единого шороха, даже дыхание, Ялмир не услышал ничего, ничего что могло бы выдать старика, стоящего за его спиной.

Ялмир не повернулся, даже не двинулся, лишь продолжил стоять, пока старческая рука дружески похлопала его по плечу. Не осознавая этого, Ялмир невольно потянулся к эфесу. Ялмир был готов поклясться что не видел никого старого на своём пути, он успел осмотреть всех учеников в этом коридоре, и никого и близко к старому возрасту он не заметил.

Медленный топот шагов и звук удара трости об пол сопровождался эхом.

Старый, старый и седой мужчина в официальном костюме, не способный нормально стоять на ногах он пользовался тростью, его лицо не было злым или грозным, оно было добрым и приветственным, увидев такого мужчину где нибудь у входа в институт, можно было бы подумать, что здесь высокое гостеприимство, что противоречило горькой реальности.