Темный рыцарь

Нейроимплантат вливал в его рассудок абсолютно достоверные ощущения, а попытки их отвергнуть приводили к острым приступам помутнения сознания. Некоторое время он боролся, убеждал себя, что все вокруг не настоящее, а затем вдруг наступил неожиданный слом мировоззрения, словно на излете жизни злонравная судьба вырвала его из водоворота суеты, прибила к неведомому берегу, а затем схлынула, лишив всего и… подарив целую вселенную.

Просыпаясь по утрам, когда первые лучики солнца едва пробивались сквозь плетенку стен построенной своими руками хижины, он чувствовал себя бодрым, помолодевшим, - вставал и бежал к роднику, умывался ледяной водой, смотрел на свое отражение, замечая перемены в облике.

Разгладились глубокие морщины, исчезли темные мешки под глазами, словно Уайт за неделю сбросил лет двадцать.

Он дышал полной грудью. С удивлением замечал, как воскресает душа, и в ней находят трепетный отклик простые, но неведомые раньше явления.

Например, царство живой природы, давно погибшее на Земле, но скрупулезно воссозданное тут, невольно поражало воображение. Уайт наконец-то начал понимать, почему целое поколение ушло в киберпространство, и не желало возвращаться…

Реализм ощущений незаметно менял местами миры, и вскоре окрестные чащобы стали восприниматься им острее, правдоподобнее, чем антураж прошлой жизни.

 

Он пытался оттолкнуть крамольные мысли, как-то примирить две реальности, но рефлексия не отпускала.

От взгляда в прошлое становилось лишь хуже. Вершина достатка и власти, к которой он стремился всю жизнь, оказывается, располагалась на крохотном необитаемом островке, посреди океана циничного прагматизма, - друзей он давно растерял, людей измерял лишь по степени их полезности, даже дочь умудрился оттолкнуть, давая ей все, что только можно купить за деньги, и… ограничиваясь такой вот профинансированной "любовью".

* * *

Свой первый вызов по контракту Уайт запомнил надолго.

Во-первых, он совершенно не подготовился. Несмотря на предостережение Леры, занимался чем угодно, но только не прокачкой персонажа. 

Во-вторых, все произошло неожиданно, а неудобные кожаные доспехи, которые натирали тело до крови, он не носил.