Повелитель Льда

Стас? Что им от него надо? Толкают в спину и указывают в сторону комнаты напротив. Затолкнув нас внутрь, они вышли и заперли дверь.

— Кать, что они тебе говорили? — спросила я подругу, обняв ее и пытаясь успокоить.

— Прости меня. — ее голос заметно дрожал. — Они пришли за тобой, но когда увидели, что я одна, перенесли меня сюда. Я позвонила тебе, надеялась, ты по голосу поймешь, что что-то не так. А потом они начали ради развлечения выбивать из меня жизни. У меня осталась всего одна жизнь, Мила! Одна! Они точно меня убьют!

И она снова заплакала.

— Ничего, все будет хорошо. Мы отсюда обязательно выберемся!

Через минут десять в комнату вошли двое здоровых мужиков и приказали нам встать.

— Ну че, телки, кто здесь жить хочет? — спросил один из бугаев.

— Обслужишь меня сейчас и проживешь парочку лишних дней, поняла? — сказал второй, обращаясь к Кате.

Она лишь сильнее заплакала.

— Отстаньте от нее! — закричала я, встав перед подругой.

— Не ори. — спокойно ответил тот.

— Хочешь занять ее место?

Я стояла и не знала, что сказать. Вдруг почувствовала руку Кати у себя на плече.

— Не надо. — тихо произнесла она. — Может быть, хотя бы одна из нас выживет. Я пойду с ним.

После чего они вышли из комнаты, оставив меня со вторым мужиком, которого звали Петром.

— Трахать тебя, к сожалению, запретили, но вот насчет другого никаких ограничений нет. — сказал он, после чего ударил меня.

Вам нанесен урон 178 единиц персонажем Геннадий Ким.

522/700

От его удара я упала, почувствовав не слишком сильную, но боль. Мы еще в первые дни заметили, что боль в разных ситуациях воспринимается по-разному. Если в данжах она чувствуется совсем отдаленно, то в стычке с другими персонажами раза в два сильнее. Хоть и все равно совсем не так, как ощущалась до ИГРЫ.

— А пока мы ждем твоего восстановления, то посмотрим, какая ты на ощупь. — подойдя вплотную, он порвал мою блузку и начал грубо меня лапать.

Следующие несколько часов он или бил меня, или трогал, ожидая восстановления хп.

Отвлекала я себя только тем, что смотрела в окно, будто надеясь увидеть спасение в двух высотках, которые виднелись из-за деревьев. Было видно, что убивать ему меня запретили. Постепенно во мне начал закрадываться страх, что это будет продолжаться вечно. А если они еще что-то придумают? Но я старалась не показывать свой испуг, прекрасно понимая, что они только этого и ждут.